Желание вернуться к психологу

Арина, здравствуйте! Спасибо за вашу откровенность. Ваше состояние — не выдуманная проблема, а результат мощного внутреннего конфликта: ваша здоровая потребность в близости столкнулась с выученной потребностью в безопасности, которая сигналит об опасности при любом сближении. Психодрама, вероятно, слишком быстро и активно затронула эти глубинные слои, не успев создать для вас чувство базовой безопасности. Поэтому контакт ощущался как вторжение, а психолог стала восприниматься одновременно понимающей и осуждающей — это называется переносом, и это естественно. Ваше многомесячное «варение» в мыслях — это руминация, которая дает иллюзию контроля и удерживает вас от нового риска. Самый терапевтичный шаг — не возвращаться «лечиться», а пойти на одну завершающую сессию, чтобы проговорить именно то, о чем вы написали: ваш страх, ощущение неловкости и двойственность восприятия. Это поможет разрушить мучительную неопределенность и вернуть вам субъектность. Если эта мысль невыносима, можно для начала написать письмо. Если решите искать другого специалиста, обратите внимание на более бережные к темпу и потребности в безопасности подходы.
В моменты, когда мысли зацикливаются, полезно переводить внутренний монолог во внешний диалог — например, спросите себя в слух не «что со мной не так?», а «какую мою потребность не удовлетворили?» и «чего я боюсь прямо сейчас?». Вы убегаете не от проблемы, а от невыносимого в прошлом опыта уязвимости, и это не слабость, а выученная защита.

Само то, что вы так глубоко рефлексируете этот опыт, говорит о вашей внутренней силе. Вы уже знаете свой главный паттерн в лицо, а это и есть начало настоящих изменений.

Арина, у меня ощущение, что вы сейчас пытаетесь разобраться сразу в десяти вопросах одновременно - и «что со мной не так», и «был ли психолог плохой», и «почему меня тянет обратно», и «не придумала ли я проблему». А за всем этим я слышу очень знакомое состояние: одновременно сильную потребность в близости/помощи и сильный страх контакта.

И знаете, что меня больше всего зацепило в вашем рассказе? Не то, что вы «сбежали». А то, насколько похожим оказался ваш опыт терапии на то, как вы описываете свою жизнь вообще.

Вы пишете:
- сложно с людьми,
- ощущение, что вы хуже,
- страх осуждения,
- одиночество,
- трудно быть собой рядом с кем-то,
- ощущение, что вас терпят, а не рады вам.

И потом приходит терапия - место, где отношения становятся очень близкими и внимание направлено только на вас - и вдруг: «она раздражается», «терпит меня», «ей всё равно», «лучше молчать», «надо что-то говорить, чтобы не было тишины», «есть тема, которую страшно рассказать».

У меня ощущение, что терапия как будто не сломалась - а очень быстро стала местом, где проявился ваш основной способ быть в отношениях. И это, парадоксально, может быть как раз признаком важной работы, а не её провала.

Но. Есть важное «но». То, что терапия затронула что-то живое - ещё не значит, что она была подходящей по форме.

Психодрама - довольно интенсивный метод, особенно для человека, которому и так страшно в контакте, много стыда, социальной тревоги, напряжения и ощущения «со мной что-то не так». Разговаривать с вещами, сильный фокус внимания, эмоциональная экспрессия - это может быть слишком быстро, слишком много. Не потому что вы «неправильный клиент», а потому что нервная система могла просто не выдерживать.

И мне кажется, вы очень важную вещь сказали: «легче не становилось». Это не значит, что терапия обязана быть комфортной, но если после 10 встреч вы в основном восстанавливались от неё, а не чувствовали хоть немного больше устойчивости, безопасности или понимания себя - это важный сигнал.

Теперь про то, почему вас тянет обратно.

Мне кажется, тут может быть несколько вещей одновременно:

1. Незавершённость.
   Вы буквально ушли «на паузе». Без разговора о том, что было тяжело. Психике сложно отпускать незакрытые отношения.
2. Надежда.
   Часть вас всё ещё верит: «а вдруг она всё-таки сможет помочь».
3. Очень знакомый цикл.
   «Мне нужен контакт - страшно - кажется, что меня отвергнут - ухожу - скучаю - думаю вернуться». Это очень похоже на внутренний конфликт между потребностью в близости и страхом её.
4. Зацикливание как способ контроля.
   Когда внутри тревога и неопределённость, мозг начинает бесконечно анализировать: «а что если». Это даёт иллюзию, что решение вот-вот найдётся.

И ещё хочу сказать очень важную вещь: мне совсем не кажется, что вы «придумали проблему». Когда человек пишет, что жизнь ощущается бессмысленной, одиночество невыносимо, иногда хочется исчезнуть - это не «из воздуха».

Но у меня есть ощущение, что ваш запрос может быть не столько «докопаться до сути», сколько сначала научиться чувствовать себя безопаснее рядом с другим человеком. И для этого, возможно, подошёл бы более бережный, структурный формат - например терапия, где много внимания контакту, тревоге, самоотношению, привязанности, социальной тревожности. Возможно, даже не психодрама.

И вот здесь я скажу, возможно, неожиданную вещь: я не уверена, что вам обязательно надо либо возвращаться, либо навсегда отказаться.

Иногда очень полезно сделать одну встречу именно «про терапию». Не чтобы продолжать работу, а чтобы честно сказать:

«Мне было очень тяжело. Я чувствовала напряжение, будто раздражаю вас, боялась говорить некоторые вещи, ощущала, что вы меня терпите. Я ушла и полгода думаю об этом».

Реакция терапевта на такой разговор может дать очень много информации. Если вас смогут услышать, выдержать, не обесценить - это уже будет опытом. А если нет - возможно, это поможет спокойно выбрать другого специалиста без ощущения, что «со мной что-то не так».

И один вопрос, который мне кажется сейчас самым важным: когда вы представляете, что возвращаетесь именно к ней - чего вы больше боитесь? Что она правда раздражена и отвергнет? Или что вдруг окажется доброй, включённой, и тогда придётся правда быть в близком контакте и говорить о важном?

Арина, здравствуйте! Всё то, о чём вы пишите, вы не придумали, это действительно есть, и это важно для вас. То, что у вас одновременно есть и желание вернуться к взаимодействию с тем психологом, мысли об этом, ощущение, что что-то вас туда тянет, и в то же время страх, сомнения, тревога - очень неприятное двойственное переживание. Возможно, оно возникло по сочетанию нескольких факторов:

- вашего состояния до: внутренней замкнутости, при этом стремления из неё выйти, ощущения бессмысленности жизни, при этом поисков выхода, психологической информации о себе, попытки прояснить, что же с вами происходит, и как всё изменить в желаемую сторону. 
Моё предположение здесь, которое может быть не верным, - у вас есть сильный запрос на возможность доверять людям, открываться перед ними, и потому вы несколько раз указываете именно на взаимодействия между людьми, как на критерий оценки жизни.

Арина

Мне всегда было сложно общаться и мое одиночество порой невыносимо, иногда хочется вообще исчезнуть. Особенно когда сравниваю свою жизнь с жизнью знакомых, всегда думаю, что я хуже других (я же не общаюсь ни с кем, кругозор не расширяется параллельно с другими).

Потому вы и обратили внимание на психологию как на науку, которая изучает внутренний мир человека, его психику, и может дать больше ясности в том, "почему у меня так" и "как мне такой, какая я есть, научиться поступать иначе". И, изучая психологию сначала самостоятельно, вы в какой-то момент ощутили желание обратиться к психологу лично, попробовать во взаимодействии с ним раскрыться чуть больше.

- теми особенностями, что у вас есть, что являются частью вашей жизни.

Арина

На консультациях мне всегда было очень напряжно - я не обращала внимание, потому что у меня это напряжение и страх всегда в социальных ситуациях есть, а тут еще и повышенное внимание ко мне.

Если взаимодействие с другими людьми вызывает у вас волнение, напряжение, то такой контакт один на один, как произошёл с психологом, может ощущаться весьма сложно. Вы сами пишете, что общаться о внешнем вы можете ("сплетни с коллегами обсуждаем"), но близкое, дружеское общение - другое, оно подразумевает возможность раскрываться друг перед другом и видеть другого человека таким, какой он есть. Если, по своим причинам, вам это сложно - такие моменты близости будут ужасать и вызывать желание отдалиться, спрятаться, прервать контакт.

Потому, возможно, вы и оказались в итоге в ситуации, где вас и тянет - вы ощущаете что-то очень важное в том взаимодействии, но и страшит и вызывает желание отдалиться - есть, возможно, страх, что вас могут задеть, или общее ощущение небезопасности. Находиться в такой двойственности сложно, у вас может быть сильное состояние запутанности внутри, много повторяющихся мыслей и сомнений.

И здесь важно не найти, что вам надо сделать, или где был прав или не прав тот психолог, а найти способ самой обратить внимание на то, что происходит внутри вас. Очень важной точкой опоры, которая может помочь вам уменьшить внутреннее напряжение - начать немного замедляться и спрашивать у себя: 
- что именно я сейчас чувствую?
- чего бы мне хотелось сейчас?
- что мне сейчас нужно, чтоб ощущать себя более защищёно и безопасно?

Любой ваш опыт, любые ваши особенности не делают вас не такой, неправильной, или не способной. И иногда возможность больше открываться перед другими начинается с возможности самой видеть себя чуть лучше и оставаться с собой чуть дольше.

С заботой, Ксения Андреева.

Арина, добрый день.

То, что Вы описываете — это не "каша в голове", а очень честный и подробный отчет о том, как психика пытается справиться с почти непереносимой близостью.

Это не глупость и не слабость. Это серьезная внутренняя работа, которая просто зашла в тупик из-за отсутствия правильного перевода. Я Вас услышал.

Давайте разберем, что я вижу в Вашей ситуации, как практик с одиннадцатилетним стажем, который всякого насмотрелся.

  Симптомы, которые я замечаю: 

Навязчивая руминация — полгода мысленной жвачки об одном и том же человеке и процессе.

Амбивалентность на грани расщепления: психолог одновременно и "понимающая", и "жестко-раздраженная, хочет отделаться".

Избегание как ведущий защитный механизм: Вы сбежали с терапии, прячетесь от проблемы, и даже сейчас ищете способ "насильно занять себя", лишь бы не соприкасаться с чувствами.

Мазохистический паттерн — "мне даже нравится это состояние" полураспада. Это не извращение, а привычный способ выживать, когда боль знакома и от этого парадоксально безопасна.

Социальная ангедония и глубинное чувство дефективности — я хуже других, существую, а не живу.

  Что может лежать в основе: 

Скорее всего, в Вашем раннем опыте был значимый взрослый, от которого Вы очень зависели, но который был непредсказуем в своих реакциях.

То он был теплым, то вдруг становился раздраженным и отвергающим.

Ребенку в такой ситуации жизненно необходимо научиться считывать малейшие сигналы угрозы, чтобы подстроиться и выжить.

Вы выросли с этим внутренним радаром, который теперь превратился в токсичную уверенность, что Вами все тяготятся.

Отсюда и стыд, и ужас быть в центре внимания (ведь в детстве внимание часто означало наказание или отвержение), и это мучительное чувство, что Вас "терпят".

Вы не общаетесь не потому, что Вы "бракованная", а потому, что каждый социальный контакт подсознательно воспринимается как экзамен, где Вы заранее провалились. Сравнение с другими — это всегда сравнение с неким идеальным фасадом, за которым Вам не видно чужих трещин и боли.

  Психоаналитическая концептуализация: 

Смотрите, что произошло с тем психологом.

В классическом анализе это называется переносом.

Вы бессознательно наделили психолога ролью той самой значимой фигуры из прошлого.

И начали с ней разыгрывать старую драму.

"Терпит ли она меня? Раздражаю ли я её?" — это не вопросы к ней, это эхо Ваших детских вопросов к тому, от кого Вы зависели.

Психодрама, с её директивностью и пристальным вниманием, просто взломала Ваши защиты слишком грубо. Вас погрузили в стыд, не укрепив предварительно опору.

Вы не сбежали от проблемы. Вы сбежали от ретравматизации, которую ошибочно приняли за терапию.

Метод сработал как триггер, а не как лекарство. Ваше желание вернуться — это желание психики наконец-то допрожить этот ужас с тем же самым человеком, чтобы переиграть концовку. Это классический компульсивный повтор.

  Терапевтические гипотезы: 

Ваш главный запрос — не "стать общительной", а получить право быть несовершенной в присутствии Другого и не быть за это отвергнутой.

Ваше зацикливание — это попытка контролировать непереносимую неопределенность. Лучше я себя изведу мыслями, чем столкнусь с реальным риском отвержения.

Бегство от терапии и замирание на полгода — это не провал, а мощный акт самосохранения. Ваша психика сказала: "Такую близость я пока не вывожу, давай отползем".

  Терапевтические мишени: 

Нам бы пришлось работать не с "отсутствием друзей", а с Вашим внутренним сценарием отношений.

С этим токсичным внутренним критиком, который говорит Вам: "Ты скучная, тебя терпят, ты хуже".

С легализацией агрессии. Вы пишете: "я жаловалась на всё подряд". А злость на психолога за то, что она давила и не понимала, была? "Дико неловко" — это часто подавленная ярость, повернутая против себя.

С выстраиванием границ безопасности. Нам бы понадобилось полгода только на то, чтобы Вы просто начали мне доверять настолько, чтобы сказать "нет" или "мне это не подходит".

  Какие внутренние противоречия я вижу? 

Вы хотите близости и смертельно её боитесь. Это основа Вашего невроза.

Вы обесцениваете психолога ("голову морочит"), но одновременно верите, что только она может помочь. Это расщепление образа.

Вы говорите "проблемы решать не хочу, я смирилась", но само это письмо — крик о помощи и абсолютное несогласие с таким смирением.

  Какие неотреагированные аффекты? 

С Вашей стороны: массивная, невыраженная обида и злость на психолога за то, что она не стала для Вас "спасающей" матерью. И гигантский стыд.

Со стороны психолога: возможно, контрпереносное раздражение от того, что её метод не работает, и она, вместо того чтобы это признать, усиливала давление.

  Какие комплексы можно предположить? 

У Вас явно выражен комплекс неполноценности, замешанный на нарциссической уязвимости (в здоровом смысле: любое несовершенство — катастрофа).

Эдипальная проблематика соперничества: "я хуже других женщин, у них есть жизнь, а у меня нет".

  Метафора: 

Представьте, что Вы пришли учиться плавать. А тренер с ходу столкнул Вас в бурную реку, крича с берега: "Греби! Чего ты боишься?". Вы нахлебались воды, еле вылезли и теперь сидите на берегу, в ужасе глядя на воду. Но при этом почему-то тянет именно к этой реке и к этому тренеру. Так вот, хорошая терапия не начинается с бурной реки. Она начинается с "лягушатника", где воды по пояс, где я, как психолог, стою рядом и держу Вас за руку, пока Вы не почувствуете опору. Всё, что было — это не плавание, это борьба за выживание.

  История из практики: 

Приходила ко мне женщина, назовем её Елена, с похожим запросом и опытом бегства от КПТ-терапевта. Полгода она сидела напротив и в основном молчала, иногда говоря, что боится, что мне с ней скучно и я откажусь от неё. Мы просто исследовали это её убеждение. Через год она смогла сказать: "Дмитрий, на прошлой сессии вы меня бесили". И когда она это сказала, не разрушив меня и наши отношения, она впервые в жизни вдохнула полной грудью. Терапия работает не через гайды, Арина, а через проживание вот этих микро-моментов в безопасном контакте.

  Вопросы вам для самоанализа: 

Какую выгоду (защиту от чего) дает Вам это "варение в мыслях"? От какого действия оно Вас страхует?

Если представить, что та психолог — это некий персонаж из Вашего детства, то кто? На кого так похоже это чувство "меня терпят и раздражаю"?

Чего бы Вам хотелось, чтобы она сделала, узнав, что Вы чувствуете? И что самого страшного случится, если она действительно скажет "нам лучше закончить"?

  Техники для самостоятельной работы: 

1. Техника "Письмо без цензуры".   Напишите на бумаге всё, что Вы НЕ договорили тому психологу. Всю злость, обиду, страх, нежность, раздражение, матом, если захочется. Не отправляйте. Это упражнение для легализации Ваших аффектов, чтобы они перестали терзать Вас изнутри.
2. "Внутренний термометр тревоги".   Когда поймаете себя на зацикливании "вернуться или нет", скажите себе "Стоп. Это мысль". И переключитесь на тело. Где живет это напряжение? Опишите его 3 прилагательными (ноющее, горячее, сжимающее). Это начнет возвращать Вас из фантазий о будущем в реальность тела.

Возвращаться к тому психологу я бы Вам не советовал.

Альянс был разорван по обе стороны — и Вашим бегством, и, похоже, её негибкостью.

Терапия с Вами должна быть медленной, интегративной и с очень большим уважением к Вашим защитам. Подход должен быть один — бережный, основанный на построении доверия, а не на сломе сопротивления.

И самое важное.

Я работаю онлайн.

Поверьте моему опыту, для работы с такими глубокими внутренними процессами, как у Вас, онлайн-формат не уступает очному приему в моем кабинете.

Тот контакт, который Вас пугает, в онлайне переносится легче, так как Вы находитесь в своем безопасном пространстве. Это часто единственный способ начать для людей с высокой социальной тревогой.

Арина, то, что Вы всё это рефлексируете, уже выводит Вас из категории "просто побег". Это преддверие реальной работы. Из этого шторма есть выход, и вместе мы бы нащупали его очень аккуратно, шаг за шагом.

Если мой взгляд отозвался в Вам чем-то важным, и Вы чувствуете эту разницу между прежним опытом и тоном моего письма, буду благодарен, если Вы уделите минуту и напишете несколько слов о своём впечатлении в отзыве.

Ваша обратная связь — это не просто слова для рейтинга, это для меня знак, что я говорю с живым человеком, а не в пустоту. И если захотите задать там уточняющий вопрос — я с удовольствием отвечу Вам дополнительно. Из этого может родиться совсем другой диалог.

 С глубоким уважением к Вашему  пути,

Редько Дмитрий Петрович.

Психолог, Психоаналитически- ориентированный терапевт,

Парный семейный терапевт.

Очный прием в Таганроге и онлайн прием по России и миру.

Здравствуйте,Арина.

Я думаю,Ваша замкнутость,закрытость,уединение,чувство одиночества-все это то,с чем Вы вышли из своей детской жизни.И теперь,Вы встретили психолога-женщину,такую же,на Ваш взгляд,строгую и холодную,как Ваша мама.

Этим и объясняется феномен стремления вернуться к женщине.похожей на маму.Она,одновременно, и хорошая и плохая(как мамма в детстве).

Да,Вы можете скучать по ней,хотеть вернуться,испытывать чувство вины перед ней,так как,все это уже происходило с Вами раньше,в Вашем детстве.

Хорошо это или плохо?

Вообще,она должна была предположить,что Вам плохо,так как,она Вами не довольна.И должна была связать это с мамой(или бабушкой).Например,сказать,А кем Вы,еще до меня,были так недовольны?И,тогда бы,Вы вышли на своего родителя или опекуна.К Вам бы проявили сочувствие,Вас поняли,проявили эмпатию,выявили причину Вашего плохого настроения по жизни.Но,видимо,в Вашей психодраме такого не произошло.

А жаль.Во всем,что с Вами происходит(потеря интереса к жизни,многолетнее уединение,серость восприятия и так далее)-происходит по причине детской депривации(то есть,Вас поругивали,понукали,обижали,сравнивали,обвиняли,осуждали,пристыжали,обесценивали в детстве,тем самым,угнетаю личность через самооценку.)

Поэтому,девочка Аринушка вышла из детства уже с деформированной психикой.

Ваше лечение будет происходить не от повторения чувства напряженности,а от появления нового чувства свободы и глубокого дыхания в терапии.И,если Вы к ней вернетесь,то обязательно скажите,что Вы себя с ней чувствуете так же напряженно,как с мамой.А в норме терапии-должны научиться чувствовать себя свободно.

Если этого не будет получаться,тогда да,Вы стоите на месте.

Конечно,Вам важно продолжать работать.У Вас все лучшее-впереди.НО,специалиста важно выбирать более подходящего,умеющего вдохнуть в Вас радость от себя самой.

Как минимум.