Понимание себя, тревожность

Аника, здравствуйте!

Спасибо, что делитесь своими переживаниями. Представляю себе, как вам непросто в таких ситуациях.

Давайте посмотрим, что происходит.

Вы пишете, что в такие моменты говорите о важных для вас вещах, о том, что вас волнует. То есть вы открываетесь людям, показываете истинную себя, проявляете искренность.

Часто в обществе мы надеваем определенные маски, выбираем, с кем мы можем быть искренними, например, с друзьями, с любимыми, с детьми, а с кем - держим некоторую дистанцию, не все говорим, не все демонстрируем. Маски в обществе необходимы нам для защиты себя.

Ваши телесные проявления в виде потряхивания свидетельствуют о тревоге. То есть в глубине вы тревожитесь, испытываете некий страх. Чего можно бояться? Что не примут, что отвергнут, что посмеются, что обидят, что отнимут что-то ваше и т. д. И если вы говорите о чем-то очень важном для вас, то ваша тревога вполне уместна.

Другой вопрос, если это происходит постоянно и даже с близкими людьми. В этом случае вы, возможно, проецируете на них какую-то отвергающую фигуру, которая на самом деле находится внутри вашей психики, но не осознается. Отсюда возникают и страхи, что окружающие могут отвергнуть, обидеть.

Это часть проявления социофобии. Плюс вы пишете, что не хотите, чтобы ваше состояние было заметно другим, хотите от него избавиться. То есть избавиться от своей уязвимости. Что будет, если люди будут видеть, что вы дрожите? (здесь вы можете ответить сами себе) Опять, возможно, страх отвержения, что посмеются (слабачка, странная), что не захотят дальше общаться, что унизят, что увидят, какая вы на самом деле (это уже про отношение к себе).

Часто эти страхи идут из раннего детства, из отношений со значимыми фигурами, с родителями.

Приглашаю вас на консультации, где в безопасной обстановке будем разбираться с тем, что вас беспокоит, тревожит, с вашей самооценкой. Если вы уже задаете вопросы, значит приходит понимание, что пора позаботиться о себе.

Обращайтесь, контакты есть в профиле, работаю онлайн.

С глубоким уважением, аналитический психолог Гребенюк Светлана.

Аника, здравствуйте.

Это очень похоже на страх. Причем он, как будто, двухслойный.

Первый слой - страх проявлять настоящие чувства, открыто озвучивать свои мысли.

Этот страх часто появляется из детства. Когда маленького ребенка одергивают и стыдят за живой смех, за вопросы, за слезы - он начинает прятать всю свою живость. И став взрослым человеком, он часто не может изменить свое поведение. Энергия  невыраженных чувств приводит уже к физическим проявлениям: тело может "потряхивать", может "зажимать".

А второй слой -страх, что люди заметят Ваше состояние и "что -нибудь подумают". 

Что здесь может помочь? 

Можно пойти навстречу этим страхам.

- Можно попробовать открыть сказать  о своем состоянии. Например так: "Эта тема для меня очень важна, поэтому я всегда волнуюсь, когда говорю об этом"

На самом деле с такой ситуацией сталкиваются очень многие люди, поэтому большинство отнесется к Вашему волнению с пониманием. А Вам не надо будет тратить силы, чтобы скрывать свой страх.

-А страх проявляться, который связан с детскими историями, можно проработать с психологом. Все мы приходим во взрослость с детским багажом. И часто именно он определяет, как мы строим свою жизнь и в 20 лет, и в 40, и в 60. Попробовать изменить свою жизнь никогда не поздно.

Если Вам откликаются мои мысли - буду рада помочь Вам на этом пути.

С уважением, Марина Александровна.

Здравствуйте, Аника!
Вы описываете состояние, которое действительно может выбивать из равновесия и вызывать лишнее напряжение.
Здесь важно назвать суть. Это не «странность» и не слабость, это вегетативная реакция на внутреннее напряжение. Когда вы говорите о чём-то значимом, включается тревога, повышается уровень ответственности и оценки, и тело даёт разрядку через дрожь. Поэтому это может происходить и при разговоре один на один, если тема для вас эмоционально заряжена.
Чаще всего такие реакции формируются не на пустом месте. Это может быть связано с прошлым опытом, где было напряжение при выражении себя, страх оценки или необходимость «держаться правильно». Тогда тело запоминает это как стрессовую ситуацию и реагирует автоматически.
Важно не пытаться силой «остановить дрожь», это только усилит её. Задача — снизить общее напряжение и изменить отношение к самой реакции. Чем меньше вы пугаетесь этого состояния, тем быстрее оно проходит.
И ещё момент, окружающие чаще замечают это гораздо меньше, чем вам кажется, потому что вы внутри процесса, а они снаружи.
Попробуйте задать себе вопросы:
Что я чувствую в момент, когда начинаю говорить на важную тему?
Чего я боюсь в этот момент, оценки, ошибки, реакции других?
Рекомендую почитать мои статьи для лучшего ознакомления со мной. Возможно, вы найдёте в них ответы на свои вопросы.Тревожное расстройство и панические атаки: как понять себя и начать жить свободно
С уважением и теплом, Ольга.

Обращайтесь, можете написать мне лично. Контакты в профиле.

Здравствуйте, Аника.

То, что Вы описываете, очень похоже на социальную тревожность.

Социальная тревожность—состояние, при котором человек испытывает интенсивный страх в ситуациях, когда он может оказаться под наблюдением или оценкой со стороны других людей. Ключевая особенность — страх негативной оценки, то есть боязнь быть опозоренным, высмеянным или отвергнутым. Одна из главных причин такой тревоги — чрезмерная сосредоточенность на себе, на том, как Вы выглядите, что говорите и что о Вас подумают.

Ваш организм может неосознанно воспринимать эту ситуацию как угрозу.  И тогда мозг запускает древнюю реакцию «бей или беги». Работает это так: Вместо того, чтобы видеть перед собой слушателей, подсознание оценивает их как «критиков», от которых нужно защищаться. В ответ на эту реакцию надпочечники выбрасывают в кровь гормоны. Эти гормоны приводят к общему напряжению скелетной мускулатуры, в том числе и тех мышц, которые отвечают за голос и мелкую моторику. Именно это общее напряжение и проявляется внешне как дрожь в теле.

Есть подход, который хорошо зарекомендовал себя в работе с такими состояниями, — когнитивно-поведенческая терапия. Он помогает разобраться с тем, что именно запускает тревогу.

Консультирую онлайн. Вся информация обо мне представлена в моём профиле.

С Уважением, Светлана Смыслова

Здравствуйте,Аника.

Сочувствую.Когда Вы что-то говорите окружающим,Вы становитесь заметной и значимой.В таком состоянии,в раннем детстве,вероятно,родители Вас перебивали,обесценивали,не дослушивали,эмоционально не реагировали, и так далее.Поэтому,такое состояние вошло в Ваш характер и продолжает существовать во взрослой жизни.

И теперь,так же,Вам,бессознательно,кажется,что Вас перебьют,не заметят суть,не посочувствуют,не дослушают и не поймут.Поэтому,возникает тревога остаться не понятой,некоторое ложное чувство одиночества.

Выход из положения-говорить о чем-то для Вас важном только тем,кто сочувствует,понимает,принимает Вас всерьез и навсегда.Если Вы пока не умеете находить и выбирать таких людей,то это может указывать на заниженную самооценку,которая,так же,сформировалась в раннем детстве.

Работает успешно с самооценкой личная терапия.Она поможет Вам стать уверенной в себе,научит смело себя предъявлять другим людям,выбирать,кому это рассказывать и получать сочувствие,внимание и человеческий отклик.Вв научитесь доверять людям и быть рядом с ними,как рыба в воде.

Обращайтесь,если хотите этой стратегии научиться.

Так же,смогу помочь.

Аника, я слышу в вашем запросе не просто жалобу на симптом, а настоящее страдание мыслящего и тонко чувствующего человека. Когда говоришь о том, что искренне важно — и вдруг тело предаёт, начинает жить своей жизнью. Это действительно выбивает из колеи. И отдельная боль — этот липкий страх «а что подумают другие». Спасибо, что поделились этим так прямо.

Симптомы, которые я вижу в вашей ситуации, достаточно характерные.

Телесный симптом — тремор, дрожь, которая возникает не в момент опасности, а именно при акте искренней речи.

Ситуативная привязка — симптом «включается» в присутствии других, особенно в группе, но бывает и один на один.

Парадоксальность — дрожь появляется не когда вы лжёте или защищаетесь, а когда говорите о подлинно волнующем.

Вторичный страх — беспокойство не столько о самой дрожи, сколько о том, что она станет заметна и будет как-то истолкована.

Глубинных причин я вижу несколько, они могут переплетаться.

Возможно, в вашем детстве (осознанном или нет) существовал запрет на яркое, публичное проявление чувств. Искренний порыв мог наталкиваться на осуждение, насмешку или холод. Тело запомнило это.

Дрожь может быть проявлением непрожитого, замороженного возбуждения. Это не страх, а избыток энергии, которой в прошлом не дали выхода. Психика кричит: «Я волнуюсь!», а тело транслирует это как чрезмерное напряжение.

Это может быть конфликт между вашим «истинным Я» и вашей «Персоной» (тем социальным образом, который вы обычно предъявляете миру). Когда вы говорите о важном, «истинное Я» выходит на свет, а Персона паникует: «Нас увидят! Это опасно!».

Возможно, вы бессознательно приравниваете акт искреннего говорения к акту болезненного самообнажения. Будто вместе с важной мыслью вы предъявляете миру нечто непозволительно интимное, и это рождает стыд, который тут же отыгрывается телом.

Давайте разложим это в рамках психоаналитической концептуализации.

Ваше тело, Аника, ведёт себя так, будто не различает ситуацию выступления на совещании и ситуацию детской, когда вас, пятилетнюю, подняли на табуретку и попросили прочитать стихотворение перед родственниками, а вы были к этому не готовы, но очень хотели понравиться. Где-то в вашем психическом аппарате произошла «склейка»: сильное психическое возбуждение, связанное с глубоко личной темой, автоматически расценивается как угроза. И тогда в дело вступает симпатическая нервная система — запускается реакция «бей или беги». Но поскольку ни ударить, ни убежать вы не можете (вы же говорите), энергия сбрасывается в тремор. Это крик вытесненного аффекта, который не нашёл слов и стал чистой физиологией. Ваш страх, что другие заметят, — это проекция вашего собственного Внутреннего Критика, который видит вас насквозь и осуждает за эту «неприличную» искренность.

Мои терапевтические гипотезы таковы.

Ваш симптом — это не враг, а чрезмерно усердный, но «глуповатый» телохранитель. Он пытается уберечь вас от той боли, что была когда-то.

Задача не в том, чтобы «научиться контролировать дрожь» (это загнало бы её глубже), а в том, чтобы наладить переговоры между вашим сознательным намерением говорить и вашим бессознательным страхом быть отвергнутой за это.

Симптом уйдёт, когда та часть психики, что хранит теневой страх, наконец-то поверит: «Мир сегодня — это не мир моего детства. Здесь за искренность могут и обнять, а не ударить».

Терапевтические мишени, с которыми мы можем работать.

Проработка детского опыта стыда, связанного с публичностью.

Экологичное отделение чувства искренности от чувства опасности.

Укрепление внутреннего «права на свою правду» — чтобы вы могли оставаться спокойно-увлечённой, а не вибрировать от тревоги.

Работа с «Внутренним Критиком», которого вы ошибочно принимаете за мнение окружающих.

Теперь метафора, за которой мало слов, но она может попасть прямо в суть.

Представьте, что ваша искренность — это звучание драгоценной скрипки Страдивари.

Долгие годы эта скрипка лежала в футляре, и когда её впервые достают на свет и прикасаются смычком, дерево начинает мелко вибрировать, разыгрываясь, вспоминая свою природу. Эта дрожь — не признак поломки.

Это ответ самой сердцевины на прикосновение к чему-то подлинному. Окружающие слышат не дрожание деки, а чистый звук.

Только мастер знает, что инструмент ещё немного «плывёт» от волнения. Дайте скрипке время согреться в руках.

Хочу рассказать случай из практики. Несколько лет назад ко мне обратился мужчина, назовём его Савелий, руководитель среднего звена, ваш ровесник. На планёрках, когда ему нужно было продавить своё, действительно стоящее решение, у него начинала трястись рука, в которой он держал указку или ручку. Он чудовищно этого стыдился, прятал руки в карманы.

Мы долго ходили вокруг да около, пока однажды он не вспомнил своего деда-фронтовика, который после войны никогда не плакал, но когда внук пытался рассказать ему что-то трогательное, у деда начинали трястись руки, и он прятал их в газету.

Оказалось, симптом Савелия был бессознательной идентификацией с образом человека, который «испытывает слишком много чувств и не имеет права их показать». Как только мы распутали этот узел — что он не «слабак», а наследник огромной силы, которая не умела выражаться иначе, — дрожь ушла за два месяца. Он перестал с ней бороться, и она потеряла свою секретную миссию.

Вопросы для вашего самоанализа. Не торопитесь с ответами.

Вспомните самый ранний эпизод в жизни, когда вам было неловко или страшно выражать сильное чувство перед другими. Кто там был? Чьи глаза смотрели на вас?

Если бы ваша дрожь могла заговорить и сказать Окружающим одну фразу в защиту вашей уязвимости, что бы она прошептала?

В каких ситуациях (например, с близким другом) вы говорите о волнующем и абсолютно спокойны? Что там по-другому?

Две техники для самостоятельной работы.

Первая — «Парадоксальное усиление» (по Франклу, с моими дополнениями). Оставшись одна, выберите тему, которая вас волнует, и начните говорить вслух, намеренно кошмарно, утрированно трясясь. Так, чтобы это стало смешно и абсурдно. Задача — «испортить» симптом, лишить его зловещей власти, перевести пугающее в разряд нелепого.

Вторая — смещение фокуса «От Самоконтроля — к Контакту». При следующем разговоре, когда нахлынет волнение, сознательно переведите взгляд с «как я выгляжу» на «а как поживают эти люди». Ищите детали: цвет пуговиц, выражение усталости на лице коллеги, чью-то улыбку. Парадокс в том, что дрожь питается нарциссическим страхом несовершенства, а когда вы переводите фокус на других, её топливо заканчивается.

Вселяю надежду. За 11 лет практики я видел десятки таких «предательств тела». И по опыту скажу: этот симптом, приносящий столько стыда, на самом деле говорит об очень тонкой душевной организации. Это значит, что вам не всё равно, что вы живая. А работа с такими проявлениями благодарна — они хорошо поддаются терапии, когда человек, как вы, уже и сам всё замечает, анализирует.

Если захотите, чтобы я помог вам в этом разборе мягко, но без лишних реверансов — я работаю онлайн. И знаете, за последние полгода я окончательно убедился: глубина контакта в онлайне ничуть не уступает очному приёму в моём кабинете. Порой даже выигрывает: человек у себя дома, в своей атмосфере, и быстрее разрешает себе быть настоящим. Дрожь вашей искренности — это не слабость. Это звук настройки очень хорошего инструмента. Приходите, настроим. Дмитрий.

https://www.all-psy.com/psiholog/REDKO

С глубоким уважением к Вашему  пути,

Редько Дмитрий Петрович.

Психолог, Психоаналитически- ориентированный терапевт,

Парный семейный терапевт.

Очный прием в Таганроге и онлайн прием по России и миру.