Страх рака у себя и близких: тревожные мысли не дают жить

Здравствуйте, Лина. Спасибо, что поделились своей историей. То, что вы описываете, — это очень тяжелое и изматывающее состояние, и я искренне восхищаюсь вашей силой. Вам пришлось столкнуться с угрозой самой большой потерей для человека — потерей близких, и ваша психика сейчас работает на пределе, пытаясь справиться с этим невыносимым ужасом. Ваша реакция абсолютно человечна, и я не раз видел подобное в своем кабинете. Афобазол здесь и не мог помочь — он не работает с причиной, а причина лежит очень глубоко.

Если попытаться описать это с точки зрения психологии, то происходит вот что. Ваше сознание, столкнувшись с жестокой и неконтролируемой реальностью (болезнь мамы), пытается вернуть себе контроль через гипербдительность. Вы как бы говорите себе: «Если я буду всё знать, всё проверять, всё предвидеть, то смогу предотвратить беду». Но беда уже случилась — мама болеет, и этот факт изменить нельзя. Получается замкнутый круг: чем больше вы контролируете, тем больше понимаете, что контроль иллюзорен, и тем сильнее становится тревога. Это как пытаться тушить пожар бензином. Ваш страх за папу и сестру — это тоже часть системы. Вы, как старшая дочь, возможно, бессознательно берете на себя родительскую функцию, чувствуя ответственность за всю семью. Ваша психика «перегружена» задачами, которые в 23 года решить почти невозможно.

У меня складывается несколько гипотез.

Возможно, ваш постоянный поиск симптомов у себя — это не только страх, но и бессознательное чувство вины («почему это случилось с мамой, а не со мной?») или желание разделить с ней ношу, быть ближе.

Страх остаться одной с сестрой может указывать на то, что в глубине души вы всё еще чувствуете себя девочкой, которой нужны родители, но жизнь требует от вас стать взрослой слишком резко и жестоко. Это противоречие и рождает панику. И, конечно, мы не можем исключить, что этот стресс «разбудил» какие-то более ранние, детские страхи или травмы, о которых вы, может, и не помните.

Таким образом, наша работа могла бы быть направлена на несколько важных целей.

Первое — помочь вашей психике «переварить» травму болезни мамы, найти способ жить с этой реальностью, не сгорая от ужаса.

Второе — исследовать и перераспределить те роли, которые вы взяли на себя в семейной системе: где вы дочь, а где — заместитель родителя?

Третье — найти более здоровые способы справляться с тревогой, чем навязчивые поиски болезней, которые только истощают.

И четвертое — помочь вам снова найти опору внутри себя, чтобы страх одиночества отступил.

Вашу ситуацию можно сравнить с человеком, который несет хрустальный сосуд — свою жизнь и жизнь семьи. Получив сильный удар (диагноз мамы), вы увидели на нем первую трещину. Теперь вы идете, замирая от страха перед каждым камешком на дороге, прислушиваетесь к каждому звуку, постоянно разглядываете этот сосуд, боясь, что он вот-вот рассыплется. Все силы уходят на это высматривание, идти самой становится невыносимо тяжело. Наша задача — не просто научить вас крепче держать сосуд (вы и так держите изо всех сил), а помочь поставить его на землю, обернуть в мягкую ткань, чтобы можно было передохнуть и идти дальше, не замирая от каждого шороха.

Чтобы начать движение, можете спросить себя честно, без осуждения:

«Если бы я на одну минуту позволила себе  не  контролировать здоровье близких, что самое страшное, по моему ощущению, могло бы произойти?»,

«Какую именно помощь от меня сейчас ждет моя мама? А папа? А сестра? Может, их ожидания отличаются от того груза, который я взвалила на себя?»,

«Когда в последний раз я чувствовала себя в безопасности и что или кто мне давал это чувство?»,

«Если бы мой страх был не просто эмоцией, а строгим внутренним голосом, что бы он мне приказывал? О чем предупреждал?»,

«Что бы я делала сегодня, если бы знала, что через год всё будет хорошо?». Эти вопросы не для быстрых ответов, их можно просто носить в себе.

Практически, в моменты, когда накатывает паника перед врачом, попробуйте технику «заземления». Найдите в кабинете или вокруг 5 предметов определенного цвета, 4 разных тактильных ощущения (например, ощупайте ткань одежды, стену, свои волосы), 3 звука, 2 запаха. Это не магия, это способ вернуть сознание в «здесь и сейчас», вытащить его из будущего, где рисуются катастрофы. Ведите короткий дневник тревоги: когда приступ, что его спровоцировало (мысль, новость), как сильно по шкале от 1 до 10, и что вы делали. Через пару недель вы можете увидеть закономерности. И — это может показаться странным — назначьте себе «время для тревоги». Например, 20 минут вечером. Если тревожная мысль приходит днем, мягко отложите её: «Я подумаю об этом в семь вечера». Часто её накал к вечеру спадает.

Лина, я хочу вам сказать одну важную вещь. Та интенсивность чувств, которая сейчас вас разрушает, — это обратная сторона вашей огромной любви и преданности семье. Это не болезнь, это — боль. А боль можно понять, с ней можно договориться, её можно перенаправить. Ваша психика сейчас кричит от ужаса, но она же обладает и колоссальными ресурсами для адаптации. Я уверен, что при профессиональной поддержке вы сможете перевести этот крик в осмысленную речь — о своих потребностях, границах, страхах и, что очень важно, о своих желаниях. Вы не останетесь одна, потому что первый шаг к тому, чтобы не быть одинокой, — это позволить кому-то разделить с вами этот груз, пусть даже в кабинете терапевта. Вы уже сделали самый трудный шаг — признали, что не справляетесь в одиночку. Дальше будет по-другому. Нелегко, но по-другому. Вы не одни на этом пути.

Контакты для записи на консультации есть в моем профиле на этом сайте.

https://www.all-psy.com/psiholog/REDKO

С глубоким уважением к Вашему  пути,

Редько Дмитрий Петрович.

Психолог, Психоаналитически- ориентированный терапевт,

Парный семейный терапевт.

Очный прием в Таганроге и онлайн прием по России и миру.

Здравствуйте, Лина! 

Здравствуйте!

То, что вы переживаете, имеет полное объяснение с точки зрения науки о психике: у вас развилась тревога за здоровье близких на фоне реально травмирующего события — диагноз у мамы. Это не “сумасшествие” и не слабость. Психика устроена так, что когда мы сталкиваемся с угрозой жизни, она включает режим гипербдительности: вы замечаете каждый симптом, ищете информацию, проверяетесь у врачей, пытаетесь держать всё под контролем. Этот механизм нормален, но если он застрял, превращается в постоянное напряжение, истощение и невозможность радоваться жизни.

Экзистенциальная психология, например у Франкла и Ялома, говорит: мы страдаем не только от внешних обстоятельств, но от того, что пытаемся жить в страхе будущего, заранее переживая то, что ещё не случилось. Вы не боитесь рака как болезни — вы боитесь бессилия, страдания близких и того, что с этим будете одни. Ваш страх — это сигнал: ваши ценности включены, вы заботитесь о семье, вы ответственны. Но мозг “берёт этот сигнал слишком буквально” и делает его постоянной угрозой.

Что помогает в таких случаях:

1. Разграничение контроля
   Составьте список: что вы реально можете изменить (например, поддержка мамы в бытовых вещах, организация сестры) и что — нет (когда и как заболеют родители). Это не игнорирование, а ясность, где ваше влияние реально, а где — нет.

2. Ограничение проверок и информации
   Постоянное чтение и поиск симптомов подпитывают тревогу. Обследования делайте по плану, не по страху.

3. Проживание тревоги здесь и сейчас
   Экзистенциальный подход учит: не убегать от страха, а наблюдать его, давать себе право переживать, но не превращать это в сценарий будущей катастрофы. Можно использовать простые техники: дыхание, телесное осознание, заметки о своих чувствах.

4. Поддержка и диалог с собой
   Даже если нет возможности к психологу, важно не замалчивать эмоции. Писать, проговаривать, делиться с теми, кто понимает, снижает нагрузку.

5. Сохранение жизни вне тревоги
   Верните маленькие удовольствия и привычки — хобби, прогулки, музыку. Даже если сначала кажется пустым, мозг постепенно перестроится: тревога станет фоном, а не центром жизни.

Главное: ваши чувства — нормальны. Вы переживаете серьёзное событие, а мозг делает “сверхстраховку”. Это можно менять.