Парень целуется с матерью в губы: норма или повод для тревоги?

Здравствуйте, Ева

Ева

Можете сказать, пожалуйста, что делать в такой ситуации

Ева, вы вроде бы уже приняли решение 

Ева

расставаться не хочу,

значит быть вместе, пока что-то более серьезное и неприемлемое для вас  не произойдет.

Ева

Я росла в том семейном обществе, где целовать своих детей можно исключительно в щеку, лоб или макушку, губы — красный свет.

для вас это красный свет, но при этом вы стараетесь проигнорировать его. Красный - трудно не заметить),  только если надеть розовые очки.

И ваш выбор, игнорировать "красный цвет" и свои ценности или все же искать того, кто их разделяет. 

Ева

правильно ли я отношу такие «взаимоотношения» с родителями как косвенный инцест?

Думаю - это так.  На вопрос в заголовке - повод ли это для тревоги - для меня было бы поводом и не малым. 

Ева

При всем этом его мама относится ко мне достаточно хорошо и мило.

вы пока никто парню, поэтому у мамы нет никаких причин "бороться" за него с вами. Но когда случится брак, и далее рождение ребенка, отношения скорее всего изменятся. Так как первая женщина для вашего парня - его мама. 

С уважением, Ольга, Москва

косвенный инцест?

Здравствуйте, Ева. Спасибо, что поделились такой деликатной и личной ситуацией. То, что вы описали, действительно может вызывать сильную внутреннюю путаницу и отторжение, особенно когда сталкиваются две разные семейные «культуры». Ваша реакция — не каприз и не ревность, а вполне естественное ощущение, когда наши внутренние, часто не до конца осознанные границы оказываются задетыми. Вы не просто «придираетесь», вы чувствуете на глубоком уровне некий диссонанс, и это важно.

Если попробовать обозначить симптомы, то я бы выделил здесь два основных плана.

Первый — это культурно-семейный конфликт норм: столкновение вашей картины мира, где телесные проявления между родителями и детьми имеют четкие рамки, с другой, где эти рамки размыты.

Второй, и возможно, более тонкий симптом — это ваше физическое отвращение. В психотерапии мы часто рассматриваем такое отвращение как сигнал бессознательного о нарушении неких фундаментальных психологических границ. Это не про ревность — это про интуитивное ощущение, что что-то здесь «не так», что-то из области слияния, где уже должно было произойти отделение.

Глубинные причины могут уходить корнями в историю семьи вашего молодого человека. Такие формы физического контакта часто являются не просто привычкой, а маркером определенных невысказанных семейных правил и паттернов. Возможно, в этой семье существует негласный запрет на психологическое взросление и сепарацию — отделение детей от родителей. Тело становится языком, на котором говорят о близости, но при этом могут «заговаривать» потребность в независимости, в создании своей отдельной пары. То, что его отец повторяет ту же модель с младшей сестрой, говорит о системном, передающемся из поколения в поколение сценарии. Ваш парень, называя ваши сомнения «несуразным бредом», защищает эту семейную реальность — для него это «норма», критика которой равносильна угрозе целостности его семейного мира.

С точки зрения психоанализа, мы могли бы говорить о возможной эдипальной фиксации — незавершенности определенной стадии развития, где ребенок должен переключить свои любовные чувства с родителя противоположного пола на внешний мир. В здоровом развитии родитель дает понять, что эти отношения имеют другую, не-парную природу. Если же этого не происходит, может формироваться непроходящая, хоть и неосознаваемая, эмоциональная связь, которая в дальнейшем мешает строить полностью самостоятельные отношения. Это не «инцест» в прямом смысле, но это — косвенное, символическое размывание границ между поколениями, что может серьезно влиять на способность к созданию зрелого партнерства.

У меня есть несколько гипотез, которые мы могли бы проверить в работе.

Первая: эта форма близости с матерью компенсирует нехватку чего-то в супружеской подсистеме его родителей, и сын невольно занимает место эмоционального партнера.

Вторая: для вашего молодого человека это способ оставаться «мальчиком», снимая с себя часть взрослой ответственности.

Третья: это просто семейный ритуал, лишенный для него какого-либо скрытого смысла, но тогда почему его реакция на ваш вопрос была столь резкой и обесценивающей? Это важный вопрос.

Исходя из этого, терапевтическими мишенями стали бы,

во-первых, исследование и укрепление ваших собственных психологических границ — что именно и почему задевает.

Во-вторых, помощь вам в поиске языка, чтобы говорить об этом с партнером не как об «отвратительном», а как о «другом», чтобы снизить его защитную реакцию.

В-третьих, анализ того, как эта динамика его семьи влияет на ваши с ним отношения здесь и сейчас, помимо целований — например, на распределение ролей, принятие решений, его отношения с отцом.

Мне приходит на ум такая метафора. Представьте, что каждая семья — это отдельное государство со своими законами и обычаями. Вы выросли в государстве, где существует четкий конституционный акт: «Губы — территория романтической любви, для родственной есть другие земли». Вы переехали в союз с человеком из другой страны, где на центральной площади города все жители традиционно целуются в губы при встрече, считая это знаком простого дружелюбия. Вам от этого не по себе, это кажется диким, но они искренне не понимают вашего смятения. Задача — не заставить их изменить традицию, а понять, можете ли вы жить рядом с этой площадью, и если да, то как сохранить внутренний покой и целостность своих границ.

Чтобы глубже понять свою ситуацию, попробуйте задать себе несколько вопросов.

Что для меня значат губы, рот в контексте близости — это про что?

Какой негласный закон о взаимоотношениях родителей и детей был в моей семье, и что он мне давал?

Если бы это поведение моего парня никогда не изменилось, что бы это значило для нашего будущего — например, для воспитания наших возможных детей?

Что именно я теряю или в чем чувствую угрозу, когда вижу эти сцены — может быть, это угроза моему представлению о нашей паре как о первичном союзе?

И, наконец, что я чувствую, когда мой дискомфорт называют «бредом» — это просто обида или что-то более важное про мое право на собственное восприятие?

Из практик, которые можно пробовать самостоятельно, я бы предложил вот что.

Во-первых, ведите короткие заметки не о факте целования, а о том, что происходит ДО и ПОСЛЕ этих эпизодов в ваших с ним отношениях. Есть ли какая-то закономерность? Это может дать ключ.

Во-вторых, попробуйте технику «внутреннего наблюдателя»: когда возникает чувство отвращения, постарайтесь мысленно отстраниться и описать его как бы со стороны — «где в теле ощущается, на что похоже, какого цвета, размера». Это помогает снизить накал и понять свои триггеры.

В-третьих, эксперимент с границами: в спокойной обстановке начните мягко говорить о своих личных границах в других, нейтральных сферах («знаешь, мне важно, чтобы мы предупреждали друг друга о планах»), наблюдая за реакцией. Это диагностика его общей готовности учитывать ваши «правила».

Знаете, в моей практике, а она немаленькая, подобные запросы — не редкость. Они кажутся частными, но как разворот ключа открывают двери в огромные залы семейных историй, невысказанных ожиданий и скрытых договоренностей. Разрешать такие ситуации в одиночку, да еще и будучи в позиции «новичка» в этой семейной системе, — задача почти неподъемная. Здесь нужен взгляд со стороны, тот самый переводчик с языков двух разных «государств». Работа точечная, глубинная, но она дает поразительные результаты — когда на смену отвращению и непониманию приходит ясность, а иногда и новая, более зрелая форма близости. У вас уже есть главное — чуткость к нарушению границ и желание разобраться, а не просто закрыть глаза. С таким багажом двигаться можно очень далеко.

Контакты для записи на консультации есть в моем профиле на этом сайте.

https://www.all-psy.com/psiholog/REDKO

С глубоким уважением к Вашему  пути,

Редько Дмитрий Петрович.

Психолог, Психоаналитически- ориентированный терапевт,

Парный семейный терапевт.

Очный прием в Таганроге и онлайн прием по России и миру.