Онкологический диагноз

Здравствуйте Натэлла!

     Спасибо за обращение! Ситуация не простая, но не смотря на это, и в этом имеется свой алгоритм. 
     Во-первых - не опускать руки! Во-вторых, искать поддержку и информацию об этом. Не скажу, что все лечится, но, от психологического состояния зависит многое! И в третьих - не оставаться один на один с этим вопросом. И еще важно - отпустить все обиды и людей, которые не готовы поддержать Вас в трудные минуты 

     В одном из рассказов И.Яллома, женщина, узнав о своем диагнозе (было нечто подобное), развелась с мужем, которого не любила. Рассталась с друзьями, которые по большей частью были обузой. Продала все имущество и отправилась путешествовать! Там, понимая летальность своего существования, она отправилась во все тяжкие и перепробовала все то, о чем эту жизнь мечтала! Благодаря этому, она действительно прожила этот период жизни, а не существовала в своем, как все остальные люди!

     В этом формате сложно с ответом, советом и рекомендациями, но общение никто не отменял, поэтому, если захотите продолжить, приглашаю на встречу! Мои данные в профиле 

Консультирую онлайн!

С уважением, Владимир

Натэлла, здравствуйте.

Честно говоря, когда я дочитал ваше сообщение, у меня внутри всё сжалось.

Спасибо, что написали.

То, что вы сейчас чувствуете — это не просто «плохое настроение», это момент, когда земля уходит из-под ног.

И вы не просто просите совета, вы кричите. Я слышу этот крик.

Давайте спокойно, по полочкам, но без слащавых утешений, попробуем разобраться. Мне очень жаль, что вы оказались в этой точке.

Первое, что нужно сказать: ваш ужас, паника и ощущение, что «всё рухнуло» — это не патология.

Это нормальная реакция психики на столкновение с небытием.

Экзистенциалисты называют это «пограничной ситуацией» — когда обычные защитные механизмы перестают работать, и мы впервые по-настоящему видим реальность. Она жестокая, холодная и несправедливая. Вы её увидели. Это страшно.

Если раскладывать ситуацию на симптомы, я вижу несколько слоев боли:

      Экзистенциальный шок.   Диагноз прозвучал как приговор, разрушивший все планы и иллюзию, что жизнь бесконечна.

      Предательство мужа.   Это отдельная, очень острая травма. Он не просто уходит, он уходит в тот момент, когда вы наиболее уязвимы. Это удар в спину.

      Отчуждение сына.   Его ипохондрия и страх «заразиться» — это, по сути, детский ужас потерять мать, который вывернулся наизнанку и превратился в избегание.

      Нарушение сна.   Бессонница здесь — это попытка тела и психики не отключаться, контролировать происходящее, потому что в бодрствовании и так всё ускользает из рук.

      Потеря смысла «дальше».   Вопрос «не знаю, как жить дальше» — это не про распорядок дня, а про потерю экзистенциального вектора.

Глубинные причины тут лежат не в детстве (хотя и там тоже), а в настоящем моменте.

      Крушение иллюзии контроля.   Мы все живем с верой, что мы что-то решаем. Болезнь и уход мужа показали, что вы не контролируете ни своё тело, ни чувства других людей. Это невыносимо для психики.

      Встреча с одиночеством.   Болезнь обнажает фундаментальную вещь: в этот коридор каждый входит один. Партнер может поддержать, но прожить вашу боль и ваш страх он не сможет. Муж своим уходом только подчеркнул это одиночество.

      Сбой в семейной системе.   Семья — это живой организм. Когда один элемент (вы) заболевает, система начинает лихорадить. Сын-подросток не выдерживает нагрузки и «бьет» в ответ ипохондрией, муж бежит. Это не оправдание их поступков, но понимание механизма.

Если говорить психоаналитически, то ваша психика столкнулась с тем, что Фрейд называл «влечением к смерти» (Танатос) — с разрушением, тишиной и небытием.

Обычно мы отгораживаемся от этого работой, заботами, любовью. Ваша защита дала трещину.

Агрессия (на мужа, на болезнь) не может быть выражена прямо, она разворачивается внутрь и разрушает сон, пожирает изнутри.

Вы сейчас находитесь в состоянии острого горя, но горе это не только по уходящему здоровью, но и по прежней жизни, по прежним отношениям, по иллюзии благополучия.

Какие у меня есть гипотезы на дальнейшую работу с вами?

      Муж уходит не от вас, а от своего страха смерти.   Ваша болезнь — зеркало, в которое он боится заглянуть. Возможно, его уход — это паника, а не осознанное решение. Но вам от этого не легче, я понимаю.

      Сын избегает вас, потому что боится разрыдаться и показаться слабым.   В 14-15 лет сепарация от матери важна, но тут она приняла уродливую форму защиты психики: «Если мамы не будет, мне надо научиться быть одному, поэтому я буду держаться подальше уже сейчас».

      Ваша бессонница — это нежелание прощаться со "вчера".   Сон — это маленькая смерть. Вы боитесь заснуть, потому что наутро диагноз и пустота никуда не денутся, а может, и усугубятся.

Терапевтических мишеней здесь несколько, идти нужно маленькими шагами.

      Вернуть себе опору в теле.   Несмотря на болезнь, вы здесь, вы дышите, вы пишете. Вернуть контакт с тем, что еще работает.

      Отделить свои чувства от чувств мужа и сына.   Их страх — это их страх. Ваша боль — ваша. Не сливаться в их переживания, не пытаться их спасать или злиться на них до потери пульса. Сейчас важно спасать себя.

      Легализовать злость.   Вы имеете право злиться. На мужа — за предательство, на сына — за холодность, на врачей — за новости. Эту злость нельзя заталкивать внутрь, иначе она сожжет последние ресурсы.

      Найти "третий" смысл.   Если прежние смыслы (карьера, долгая старость с мужем) рухнули, нужно искать новые — маленькие, сиюминутные, но ваши. Увидеть закат, погладить кота, поговорить по душам с подругой.

Знаете, ваша ситуация мне напоминает старый дом, в который попала молния.

Крыша прогорела, стены закоптились, одна стена и вовсе рухнула (муж ушел).

Вы стоите посреди этого пепелища и не знаете, что делать.

Но дом — это вы. И даже с прогоревшей крышей, в нем еще можно жить.

Можно перенести кровать в уцелевшую комнату, заколотить окна фанерой, поставить печку-буржуйку.

Это уже не будет домом из глянцевого журнала, но в нем будет тепло.

И это тепло — ваша жизнь, какой бы она ни была по срокам.

Я хочу, чтобы вы сейчас, может быть, не сразу, но задали себе несколько вопросов. Не для того, чтобы найти ответы сию секунду, а чтобы просто их услышать:

    Если бы я знала, что мне осталось жить ровно год, от чего бы я точно отказалась прямо сегодня?

    Что во мне злится сильнее: на мужа за предательство или на себя за то, что не заметила, как всё на самом деле зыбко?

    О чем бы я попросила сына, если бы на пять минут перестала бояться его отказа и брезгливости?

    Когда в последний раз я смеялась не потому, что «надо быть сильной», а потому что было правда смешно?

    Если убрать диагноз, что прямо сейчас болит сильнее всего — спина, душа или чувство, что меня бросили?

Можете попробовать прямо сегодня одну простую вещь.

Техника «Квадрат дыхания»: вдох на 4 счета, пауза на 4 счета, выдох на 4 счета, пауза на 4 счета.

Сделайте 10 циклов перед сном.

Это не волшебная таблетка от рака, но это способ сказать своему телу: «Я здесь, я дышу, я пока справляюсь».

Еще попробуйте написать мужу письмо, которое не отправите. Вылейте туда всю грязь, всю боль, все обвинения. Не стесняйтесь в выражениях. А потом порвите. Это нужно, чтобы ярость не разорвала вас изнутри.

Натэлла, я скажу вам как человек, который 11 лет смотрит в глаза таким историям.

В терапии, даже в такой страшной ситуации, можно найти не «исцеление», а... присвоение своей жизни.

Сейчас она будто не ваша — ей распоряжается диагноз и поступки мужа. Мы можем попробовать вернуть её вам.

Пусть даже такой, короткой и болезненной. Но — вашей.

Вы не одна в этом коридоре. Если решитесь идти дальше с кем-то рядом — я здесь.

   https://www.all-psy.com/psiholog/REDKO

С глубоким уважением к Вашему  пути,

Редько Дмитрий Петрович.

Психолог, Психоаналитически- ориентированный терапевт,

Парный семейный терапевт.

Очный прием в Таганроге и онлайн прием по России и миру.