Мне хочется одиночества

Здравствуйте, Эшли! Спасибо, что так честно и подробно описали своё состояние. Читая ваше обращение, я вижу не человека, "с которым что-то не так", а очень чувствительную, глубоко мыслящую молодую женщину, которая устала от боли, которую ей причиняет мир "за пределами коробочки". Ваши переживания абсолютно реальны и заслуживают внимания. Я улавливаю признаки социальной тревожности и, возможно, депрессии. Ваша задача сейчас — не заставлять себя "быть как все". Ваша задача — найти такой формат жизни, в котором вам будет безопасно и посильно, не застревая в изоляции, которая становится токсичной. 

Самоубийственные мысли — это красный флаг. Сделайте диагностики уровня депрессии (можно сделать онлайн на моем сайте), чтобы определить, нужна ли вам медикаментозная поддержка.

 Переосмыслите свою "коробочку": не надо «выходить» из неё насовсем, научитесь делать в ней окна и двери. Ваша зона комфорта может постепенно расширяться. Не "раз в год на большое мероприятие", а микро-выходы: выйти в магазин в наушниках, посидеть 15 минут в кафе с книгой, сходить на короткую индивидуальную экскурсию. Цель — не общаться, а просто быть среди людей на своих условиях.

Ищите "своих" не в общем потоке, а в нишах. Интернет — отличный инструмент, если использовать его стратегически. Вместо тягостного общения "вообще" ищите маленькие сообщества по очень специфичным интересам (определённая игра, фэндом, творчество, наука). Там выше шанс встретить людей с похожим мышлением и общение там можно дозировать. 

Попробуйте рассматривать свою чувствительность как вашу особенностью, а не недостаток. Вам нужно научиться распознавать, когда вы близки к перегрузке, и делать паузу. Изучите тему высокочувствительных людей. Возможно, вы узнаете в описаниях себя. Это даст понимание, что вы не "сломаны", а устроены иначе, и это можно учитывать.

Но я бы рекомендовала вам начать не с друзей, а со специалиста - психолог или психотерапевт — это идеальный "первый друг" в вашей ситуации, это безопасный человек, которого не нужно впечатлять, который не осудит ваши "тараканы" и который поможет вам: разобраться с корнями тревоги и низкой самооценки; научит навыкам эмоциональной регуляции (как справляться с тем, что "любое действие выводит из себя"); выстраивать границы без резких разрывов; проработать травмирующий опыт общения, который начался, вероятно, ещё в школе.

Эшли, мир не делится только на "удобную, но опасную коробочку" и "мучительное, но правильное общество". Между ними есть множество промежуточных ступеней, переходов и безопасных пространств. Ваша сверхзадача — не стать другой, а построить мосты между вашим богатым внутренним миром и внешней реальностью так, чтобы это не разрушало вас.

С глубоким уважением к вашей искренности, 

Ольга Войнова

Сейчас картина выглядит не как «со мной что‑то не так», а как устойчивая защитная конструкция, которая давно работает и уже начала вредить. Коробочка — не каприз и не слабость, а способ выживания. Когда‑то она спасала от перегруза, от боли, от ощущения, что рядом слишком много чужого и небезопасного. Проблема в том, что защита не умеет сама выключаться. Она либо включена, либо нет. Поэтому при выходе к людям накрывает тяжесть, грусть, слёзы и желание срочно сбежать, а при долгом одиночестве — пустота и мысли в сторону самоуничтожения. Это типичные качели между изоляцией и потребностью в контакте, описанные ещё у Винникотта и позже у Ялома, ничего экзотического здесь нет, но и романтизировать это не стоит.

Про людей и отношения. Быстрая адаптация, а потом резкое отвращение и желание оборвать контакт — классический механизм «приближение–избегание». Сначала включается надежда и интерес, потом тревога, контроль, ревность, раздражение, и чтобы не оказаться отвергнутой — разрыв происходит по собственной инициативе. Это не про «они не такие» и не про внешность, это про невозможность долго выдерживать близость без ощущения угрозы. В художественной литературе это хорошо видно, например, у Сэлинджера: герой хочет быть с людьми, но каждый контакт быстро становится невыносимым. Это не потому, что он плохой, а потому что внутри нет устойчивого ощущения безопасности.

Отдельно важный момент: фраза про самоубийственные идеи — это красный флаг. Даже если они «иногда» и «как будто вскользь». Это значит, что ресурса уже мало. Здесь нельзя ограничиваться разговорами в интернете и самонаблюдением. Нужна живая поддержка: психолог или психотерапевт, а если накрывает сильно — кризисные службы или горячие линии в стране проживания. Это не драматизация и не «слишком», это базовая техника безопасности, как пристегнуть ремень.

Маленькая, но рабочая техника, без насилия над собой. Не выходить «в общество» целиком и сразу. Убрать эту абстракцию. Контакт дозируется. Один конкретный человек, одно короткое взаимодействие, заранее ограниченное по времени. Не «понравиться», не «построить отношения», а просто выдержать присутствие. После — обязательный выход и восстановление. Это то, что в терапии называют тренировкой толерантности к близости. Коробочку не ломают, в ней делают дверь.

И последнее, важное и неприятное: ждать, что сначала появится желание жить и общаться, а потом действия — не сработает. В этой конструкции всё запускается наоборот. Сначала минимальные действия ради безопасности, потом постепенно подтягивается чувство. Это не вопрос характера и не приговор. Это состояние, которое лечится, но не в одиночку.