Болит постоянно живот

Здравствуйте,Татьяна.

Это не просто,психосоматика,а черт возьми,у такой маленькой девочки уже психосоматика.(она может с годами только усиливаться.)

Боль в животе,которая,видимо,уже хроническая,возникает на внешние объекты,которые годами разъедают личность.Как ни странно,это может быть мама с ее бесконечными запретами и тревогой.Она может воздействовать на дочку,как плохая пища.И у дочки постоянно,болит живот.Не исключено,что воздействие на нее мамы уже перешло в общество(симптом расширяется),и дочка болезненно реагирует на подруг,на романтические отношения с мальчиками и так далее.

ЕЕ мама не верит в психологию,так как,или,плохо просвещена или,боится,что психолог поставит под удар ее не любовное поведение к дочке.И тогда,маме придется ходить к психологу.Или,если она знает,что ходить не будет,то знает,что все закончится бессмысленно.

Ее дочка находится в опасности.Таблетки и врачи не помогут.Работа с детским психотерапевтом или психоаналитиком должна быть длительной.Быстрее всего,больше года,в зависимости от восприятия дочкой специалиста(будет доверие или нет,как у мамы).

Не исключено,что за маму принимать девочку хорошей,классной,ценной и любимой придется Вам.Пока она не станет взрослой и не начнет зарабатывать.Тогда,ей будет ,желательно,пойти самой,уже на взрослую,длительную терапию по борьбе с психосоматикой и доверию к окружающему миру людей.Это не просто и не быстро.

Берите пока,девочку на поруки.ОБщайтесь и поддерживайте.Отделяйте ее поступки от ее ценности.Уверен,что у ее мамы ценность дочки зависит от поступков дочки.В норме,ее ценность-всегда высокая,а поступки могут быть всякими.Можно пожурить за поступки,но,обнять и поцеловать за ценность.В этом-основная помощь для девочки.

Здравствуйте, Татьяна.

Вы описываете ситуацию, в которой телесные симптомы у ребёнка, развиваясь на фоне высокой тревожности и эмоционального дефицита, с большой вероятностью выполняют психологическую функцию, и здесь важно сразу сказать прямо: когда все медицинские обследования в норме, а симптомы сохраняются годами, это почти всегда не «просто живот», а язык психики через тело.

То, что у девочки возникает рвота почти на любую еду, при отсутствии органических причин, может относиться и к расстройствам пищевого поведения, и к психосоматическим реакциям, и на практике это часто пересекается, потому что и там, и там в основе лежит невозможность перерабатывать чувства и напряжение.

Если вы смотрите на контекст, становится понятнее, что происходит. Ребёнок растёт в семье, где есть запрет на эмоции, где мать эмоционально холодна, при этом ранее была зависимость, а значит, у девочки с большой вероятностью нет безопасного пространства, где можно проживать страх, злость, обиду, растерянность. Эти чувства никуда не исчезают, они остаются внутри и начинают «искать выход», и тело становится этим выходом.

Желудочно-кишечные симптомы у детей и подростков часто связаны с подавленной тревогой и невозможностью «переварить» происходящее в жизни. В буквальном смысле психика не справляется, и тело начинает отказываться принимать пищу, как будто защищаясь. Рвота здесь может быть способом сбросить напряжение, способом не «впускать» что-то внутрь, что переживается как небезопасное.

При этом элементы РПП тоже могут быть, особенно если есть контроль над едой, страхи, напряжение вокруг приёма пищи, но в вашем описании больше звучит именно психосоматическая реакция на хронический стресс и эмоциональную изоляцию.

Важно понимать, что девочка не делает это специально и не может «взять себя в руки», потому что это не про волю, а про перегруженную нервную систему.

Теперь про то, что можно делать в реальности, учитывая ограничение с матерью. Вы не можете заменить ей терапию, но вы можете стать для неё тем взрослым, рядом с которым появляется хоть немного безопасности. Общаясь с ней, важно не давить, не расспрашивать резко, а создавая контакт, постепенно показывать, что с вами можно говорить о чувствах, можно быть разной, можно не держать всё внутри. Даже простые фразы, в которых вы замечаете её состояние, а не исправляете его, уже будут работать, например, когда вы говорите, что ей, похоже, сейчас тяжело, и вы рядом.

Важно не обесценивать её симптомы, не говорить «это у тебя от нервов», потому что для неё это реальная физическая боль, и такие слова только усиливают закрытость. Лучше признавать, что ей правда плохо, и при этом мягко связывать это с напряжением.

Можно также аккуратно вводить телесные способы снижения тревоги, не называя это психологией, например, дыхание, расслабление, тёплый чай, режим, ощущение стабильности, потому что её нервная система сейчас, судя по описанию, находится в постоянной перегрузке.

С матерью, если есть возможность, стоит говорить не через «психологию», а через здоровье, подчеркивая, что у ребёнка уже хроническое состояние, которое не объясняется анализами, и что сейчас речь идёт не о «характере», а о состоянии нервной системы. Иногда это снижает сопротивление.

И важно сказать честно: без участия матери или другого официального взрослого полноценная помощь действительно ограничена, и это не формальность, а вопрос ответственности. Но даже в этих условиях ваше присутствие рядом может стать для девочки тем фактором, который хоть немного снижает её внутреннее одиночество, а это уже влияет на симптомы.

Если коротко, это не «или РПП, или психосоматика», а, скорее всего, сочетание, где тело взяло на себя функцию выражать то, что невозможно сказать словами. И работа здесь не с едой, а с чувствами, безопасностью и напряжением внутри.