Беспричинные нервные расстройства

Здравствуйте, Дмитрий.

Соболезную вашей утрате. Похоже на то, что вы до сих пор не пережили эту потерю. Вы и сами связываете свое состояние со смертью близкого человека.

Это говорит о том, что произошло "застревание" на каком-то этапе горевания. Процесс сложные, поэтому нужно разбираться.

Важно работать с гореванием, разбираться с вашим одиночеством и строить новую жизнь. 

Готова вас сопроводить на этом пути. Берегите себя!

Ольга Тувайкина. Консультирую онлайн.
Психолог/гештальт-терапевт

Здравствуйте, Дмитрий. 

Депрессивные симптомы (проблемы со сном, плачь без причины и так далее) лучше не игнорировать, а начать прорабатывать утрату, налаживать жизнь без мамы. 

Для облегчения симптомов не лишним будет подключить к работе и психиатра, как минимум наладить сон, а может и работать с депрессией, если её обнаружат.

Смерть — очень неприятная, но неизбежная часть жизни. Всё, что остаётся, столкнувшись с ней, это жить дальше. К счастью, это реально сделать.

С уважением, Янис Облаков
КПТ-психолог, член АКПП

Здравствуйте, Дмитрий! 

С точки зрения научной психологии утрата близкого человека — одна из самых сильных психотравм, и особенно тяжело она переживается, когда уходит родитель. Мама — это не просто человек, это фигура базовой безопасности, опоры и принадлежности. Когда она уходит, мир внутри действительно может рассыпаться, и симптомы, которые вы описываете — бессонница, внезапные слёзы, чувство одиночества, ощущение «я всем мешаю» — классические проявления осложнённого горевания.

Важно сказать прямо: три года — это не «слишком долго». Это столько, сколько понадобилось вашей психике, чтобы хоть как‑то удержаться. Часто мужчины вообще не получают разрешения горевать: «держись», «будь сильным», «время лечит». В итоге горе не проживается, а как будто замораживается и потом выходит ночами, телом, слезами, ощущением пустоты. Вы не «выпадаете из жизни» — вы всё это время несёте внутри утрату, с которой остались один на один.

В экзистенциальной психологии, у того же Виктора Франкла или Ирвина Ялома, есть важная мысль: боль утраты нельзя убрать, но ей можно вернуть смысл. Горе — это не болезнь, а плата за связь. Вы плачете не «ни с того ни с сего», а потому что любовь никуда не делась, а адресата больше нет. И психика ищет выход. Когда этого выхода нет в словах и отношениях, он прорывается в теле и эмоциях.

Чувство «я всем мешаю» — тоже не случайное. После утраты часто рушится базовое ощущение собственной ценности: если ушёл тот, кто любил безусловно, внутри возникает вопрос «а нужен ли я вообще». Это не факт о вас, это симптом утраты. Мозг в горе склонен к когнитивным искажениям — обесцениванию себя, ощущению ненужности, изоляции. Это изучено и хорошо описано в клинической психологии.

Что можно делать. Первое — перестать требовать от себя «выпутаться». С горем не выпутываются, его проживают. Очень важно дать себе право говорить о маме, вспоминать её, злиться, тосковать, плакать — не внутри, а наружу. Иногда помогает простая, но сильная техника: писать ей письма. Не красивые, а честные — про боль, одиночество, обиды, страхи. Это не мистика, а способ завершать незакрытые эмоциональные диалоги, которые психика держит годами.

Второе — сон. Хроническая бессонница после утраты усиливает все симптомы в разы. Здесь важно не геройствовать, а постепенно восстанавливать ритм: режим, минимум экранов ночью, телесные ритуалы заземления. Если сон совсем не идёт — это повод обратиться хотя бы к врачу, не потому что «вы сломаны», а потому что мозг истощён.

Третье — одиночество. Оно сейчас не про отсутствие людей, а про отсутствие того самого «своего». Это экзистенциальное одиночество, и оно переживается только через контакт — с живыми людьми, с терапией, с тем, где вас видят и слышат. Не обязательно сразу «глубоко», иногда достаточно регулярного, человеческого присутствия.

И последнее, очень важное. Вы не мешаете. Это ощущение — голос горя, а не реальность. В литературе есть точная метафора у Ремарка: человек после потери как будто идёт по миру с открытой раной — он живёт, но всё болит. Это не делает его обузой, это делает его живым.