Клиенты приходят за правдой

Слушала вебинар о том, как психологам работать с расстройствами пищевого поведения. И моё внимание привлекла услышанная там мысль о том, насколько может быть для клиента облегчением услышать от психолога даже то, что может быть не является условно “хорошей новостью” и может забрать надежду, которую человек питал и взращивал, но которая всё не осуществлялась. И уже от этой фантазийной надежды отказавшись, у клиента появляется шанс пойти попробовать что-то ещё или поискать вместе с психологом, а куда хочется пойти.

Приведу пример из этого вебинара. Психолог говорит клиенту с ожирением о том, что он не сможет похудеть и влезть в те самые джинсы размера М (хотя мы знаем, что они почти точно размера S), которые годами лежат на полке в шкафу, не добавляя мотивации к вопросу своего веса и здоровья.

С одной стороны, психолог выступает гонцом, который принёс плохие новости, и за это можно и раздражаться на него, и позлиться, и поспорить. С другой стороны, клиент может испытать микс облегчения и освобождения, учитывая тот факт, что ему про это наконец-то кто-то сказал и можно выдохнуть, больше не примеряя на себя возможность быть в той роли, к которой он стремится годами. И тогда психолог предложит поискать какие-то ещё пути и возможности того, что они вместе с клиентом могут делать и куда идти, исходя из той правды и реальности клиента, что существует на данный момент.

Мне в целом нравится мысль о том, что уникальность отношений, которые создаются в контакте между клиентом и психологом, несут в себе иногда озвученное, а иногда нет “говорить правду”. Причём с обоих сторон. Психолог априори верит в реальность клиента, в то, что рассказывает человек напротив, в то, как он чувствует то или иное, и предполагается, что клиент говорит правду или хотя бы стремится к этому. Да, он может недоговаривать, что-то игнорировать и не озвучивать. Психолог же сверяется со своим внутренним ощущением - эмоциональным компасом, что позволяет дополнить правду, реальность клиента. И это большая часть работы.

Правдой клиентки может быть то, что сейчас она чувствует бессилие и грусть, но как будто борется с этим, пытаясь найти причины того, почему сейчас это испытывать не по плану, не вовремя и пр. Правдой психолога будет тогда: “Я сейчас вместе с тобой грущу про всё то, через что ты сейчас проходишь. Не чувствовать прилив сил после пережитого и сделанного кажется нормальным. И я слышу, что сейчас тебе нужно погрустить”.

Правдой клиента может быть то, что есть ощущение того, что ему приходится тащить на себе многие финансовые обязанности за семью, ожидая годами помощи от жены, которая не приходит. Правдой психолога, вспоминая совместные обсуждения и работу может быть: “Да, я вижу, что ты расстроен и истощен, ты говорил раньше и говоришь об этом сейчас, но у меня есть ощущение, что ты всё ещё не готов просить помощи у супруги самостоятельно. Давай посмотрим в эту сторону”.

Периодически клиенты могут просить совета, решения, ответа. Этого не имеется. Но в наличии точно есть правдивый отклик на то, про что идёт речь на консультации. Есть ответственность за “донесение правды”. Ответственность за то, как она может прозвучать для клиента и что она может быть больной, пугающей, печальной. Но как будто эта правда про себя является тем фундаментом, на котором строится и трансформируется знание о себе, ощущение себя, намерения проживать свою жизнь определённым образом, поэтому она нужна.

Мне кажется, что клиенты приходят к психологу за правдой, вот и вы приходите.