Слово «диссоциация» обычно звучит зловеще. С ним связывают травму, ПТСР, ощущение «отключки», нереальности. Но если смотреть глубже, диссоциация — это адаптационный механизм, встроенный в нас для выживания..

Вы когда-нибудь ловили себя на мысли, что прочитали десятки книг по психологии, перепробовали все медитации, но тяжесть в груди никуда не уходит? Знакомое чувство, когда умом вы всё понимаете, а тело и душа продолжают болеть. Это не ваша вина и не недостаток силы воли. Это ловушка, в которую нас загоняет иллюзия «исцели себя сам».

Выражение «детские травмы» уже приобрело ироничный оттенок. Любое неуравновешенное или просто непонятное поведение могут с усмешкой назвать «последствиями детских травм». «Разговоры о детских травмах» – современная форма близости и доверия. А если современный человек сталкивается с дискомфортом, он часто тут же называет это травмой.

Разбирая тему созависимости, я вдруг поймала себя на странной тоске. Когда мы говорим о созависимых отношениях, почти всегда представляем женщину. Женщину, которая терпит, спасает, растворяется в партнёре, живёт чужой жизнью, забывая о своей. Но мужчины страдают от созависимости не меньше.

Мы живем в эпоху постоянной спешки, информационного шума и высоких ожиданий. Мир вокруг требует от нас всё большей продуктивности, выносливости и эмоциональной стойкости. Порой кажется, что наш организм — это неисчерпаемый ресурс, способный выдержать любые нагрузки. Но реальность такова, что даже самая прочная система имеет свои пределы.

Люди с ПРЛ часто испытывают интенсивные, трудноуправляемые эмоции, которые могут вызывать импульсивные и саморазрушительные действия. Но важно помнить: это расстройство поддается коррекции, и понимание его природы — первый шаг к возвращению контроля над своей жизнью.

Мы разберем, как глубоко укоренившиеся семейные сценарии могут повлиять на то, как мы видим себя, как ощущаем свои границы, как учимся (или не учимся) контролировать свои действия и принимать решения. Давай продолжим этот важный разговор о психологических травмах тянущихся из детства.

Мы привыкли думать о травмах как о чем-то внезапном: катастрофы, аварии, реальная угроза жизни. Но есть и другая реальность, которая бьет не один раз, а каждый день, годами. Это семейные травмы. Они коварны, потому что часто незаметны для окружающих, но оставляют глубокие шрамы.

У каждого человека есть врожденная способность к исцелению - система адаптивной переработки информации (АПИ). Она работает автоматически, особенно активно во время фазы быстрого сна, когда глаза быстро двигаются под закрытыми веками.

Я долго думала, как начать писать о терапии травмы без избытка терминов, с одной стороны, и без конкретных историй, с другой. Замыслила серию статей о терапии травмы. Для начала предлагаю посмотреть с самого "поверхностного", внешнего уровня.

Слово "травма" у большинства ассоциируется с чем-то ужасным: насилие, катастрофы, потери. Но с точки зрения психологии, травма - это не само происшествие. Это внутренний отклик психики на происшествие.

В этой статье я расскажу о 10 инструментах самопомощи, которые действительно работают на этапе заживления легких и средних душевных ран. Но если внутри вас живет постоянный ужас, который разрывает жизнь на «до» и «после» — пожалуйста, отнеситесь к этому тексту как к обезболивающему перед визитом к врачу, а не как к замене лечения.

Люди, пережившие травму, самые нетерпеливые и самые выносливые одновременно. Желание мгновенного исцеления понятно: боль и ее последствия тяжелы. Но все не так просто.

Вы когда-нибудь ловили себя на чувстве, будто повторяете один и тот же неудачный сценарий, хотя умом понимаете его абсурд? Или ощущали беспричинную, глубинную тревогу, будто ждете катастрофы, которой нет? Возможно, это говорит не только ваше личное прошлое. Это может быть тихий шёпот травмы, пережитой вашими предками.

Представьте, что ваша психическая травма – это не приговор, а всего лишь файл на компьютере. И у вас наконец-то появился доступ к его редактированию. Именно это открытие – одна из самых революционных и обнадеживающих вещей в современной психологии и нейробиологии.