Мертвая Царевна в сказке и жизни

Раздел: Статьи
Категория: Дети
main_img
Не получив признания своей женственности от матери, 
девушки-дочери в сказках и в жизни вынуждены искать это признание у других объектов.
/ Из текста статьи

Предметом моего исследования стала известная сказка А.С. Пушкина "Сказка о мертвой царевне и семи богатырях".
У сказки, как и у любого произведения, есть много фокусов анализа. Я в своей статье рассмотрю лишь психологический ракурс и сфокусируюсь на особенностях отношений главных героев и их структуре личности.

На мой взгляд, это одна из сказок, в которой описываются типичные отношения между матерью и дочкой. Эта тема довольно часто встречается и в других сказках. Схожие мотивы обнаруживаются в сказках "Белоснежка и семь гномов", "Десятое королевство" и др. Фокусом моего внимания в данной статье станут отношения мачехи (Царицы) и царской дочки (Царевны).

Не буду повторять сюжет, он всем известен. События сказки происходят довольно быстро до того момента, когда в царской семье подросла Царевна. С этого момента начинается подробное описание жизни героев и их взаимодействия. Центральными фигурами становятся Царица, ее падчерица Царевна и отношения между ними.

Итак, девочка созрела:

Но царевна молодая, 
Тихомолком расцветая, 
Между тем росла, росла, 
Поднялась - и расцвела, 
Белолица, черноброва, 
Нраву кроткого такого.

Подросшая девушка нуждается в подтверждении своей формирующейся женственности от значимых объектов - матери и отца. У матери и отца на этом этапе отношений с дочерью есть свои родительские задачи.

Задача отца - заметить, восхититься и очароваться красотой дочки-девушки и при этом не соблазниться. Очень важно пробалансировать на этой грани и не скатиться либо к полюсу отчуждения, либо к полюсу чрезмерного сближения с нарушением границ. Второй полюс представляется более опасным. Психологическая незрелость отца может быть причиной инцеста (символического либо реального) и привести к серьезным последствиям в психическом и личностном развитии дочери.

Но это фабула не нашей сказки, следовательно, не нашей статьи. Царь-отец, по всей видимости, справился со своей отцовской функцией на этом этапе отношений.

Задача матери - принять формирующуюся красоту и женственность своей дочери и признать, что она (дочь) "милее, румяней и белее..." матери.
Подарок подрастающей девушке от матери - признание ее женской идентичности.

Однако это может сделать только мать со сформировавшейся устойчивой идентичностью "Я-женщина". Далеко не каждая мать является таковой в реальной жизни.

Инфантильная, психологически незрелая мать с несформировавшейся женской идентичностью сама нуждается в подтверждении своей неустойчивой самооценки и вынуждена рассматривать любой появляющийся в ее поле объект как повод для сравнения и конкуренции. В том числе и подрастающую дочь. Таковой является и Царица в анализируемой сказке.

В сказке эта невозможность отражается через усиление - мать не родная, а мачеха.
Замена матери на мачеху - достаточно частый прием, используемый во многих сказках.
Этим подчеркивается "психологическая неполноценность", несостоятельность матери, ее неспособность исполнять полноценно свои материнские функции.

Этого не может сделать Царица в нашей анализируемой сказке - мачеха Царевны. Она в силу своих личностных особенностей не в состоянии передать такой подарок подрастающей Царевне. И ее яблоки - отравленные.

В мачехе-царице угадывается нарциссичесая структура личности.
Несмотря на ее реальную красоту и ум,

Правду молвить, молодица 
Уж и впрямь была царица: 
Высока, стройна, бела, 
И умом и всем взяла;

Царица не является самодостаточной и уверенной в себе женщиной:

Но зато горда, ломлива, 
Своенравна и ревнива.

Она постоянно нуждается в поддтверждении своей неустойчивой самооценки:

Я ль, скажи мне, всех милее, 
Всех румяней и белее?

В качестве подтверждения ее женской идентичности она регулярно обращается к Зеркальцу, как сэлф-объекту, значимому для Царицы:

Ей в приданое дано 
Было зеркальце одно; 
Свойство зеркальце имело: 
Говорить оно умело. 
С ним одним она была 
Добродушна, весела.

Зеркальце не простое, а волшебное. В чем суть его волшебства?
В сказке волшебство зеркальца проявляется в том, что оно может разговаривать.
Думаю, важнее здесь то, что зеркальце живое.
Живое, то есть имеющее собственную волю, обладающее собственной активностью, а не пасивно отражающщее все, что в него попадает.

Увидеть себя в живом зеркале - значит посмотреть на себя глазами Другого. Потому что, когда мы смотрим на себя в обычное зеркало, мы не имеем избытка видения.

М. Бахтин говорит, что человек испытывает перед зеркалом ложь и фальшь, потому что он хочет посмотреть на себя глазами Другого, но ничего, кроме удвоения своего собственного лица, в зеркале не видит. Он не видит эмоционально-волевой реакции на себя со стороны другого человека, он видит только свои-чужие глаза, которые отражаются в этом зеркале.

Лишь глядя в глаза Другого (в данном случае живого зеркала), мы видим себя глазами Другого. Эти глаза могут быть дружелюбны, ласковы, приветливы или, наоборот, подозрительны, ненавидеть нас, смотреть на нас с плохо скрываемым презрением. Никакой подобной реакции в зеркале мы, естественно, увидеть не можем, и получается ситуация двойника.

Царица регулярно обращается к зеркальцу с целью подтверждения своей неустойчивой женской идентичности.

"Свет мой, зеркальце! скажи 
Да всю правду доложи: 
Я ль на свете всех милее, 
Всех румяней и белее?" 
И ей зеркальце в ответ: 
"Ты, конечно, спору нет; 
Ты, царица, всех милее, 
Всех румяней и белее".

Получив очередную порцию признания собственной женской привлекательности от значимого объекта, царица впадает в грандиозный нарциссический полюс:

И царица хохотать, 
И плечами пожимать, 
И подмигивать глазами, 
И прищелкивать перстами, 
И вертеться подбочась, 
Гордо в зеркальце глядясь.

Однако время неумолимо идет - царица начинает терять свою прежнюю красоту, а подрастающая Царевна становится краше с каждым днем. Красота и молодость падчерицы являются немым укором, символизирующим неумолимость времени и его последствий - красота и молодость Царицы не вечны. Это вызывает у нее чувства ревности и зависти и актуализирует конкуренцию с Царевной. И однажды, привычно обратившись к зеркалу, она не услышала от него слов подтверждения своей несравненной красоты.

На девичник собираясь, 
Вот царица, наряжаясь 
Перед зеркальцем своим, 
Перемолвилася с ним: 
"Я ль, скажи мне, всех милее, 
Всех румяней и белее?" 
Что же зеркальце в ответ? 
"Ты прекрасна, спору нет; 
Но царевна всех милее, 
Всех румяней и белее".

Этот момент является сложным в жизни каждой женщины. Красота и молодость подрастающей дочери являются свидетельством неизбежного увядания и старости ее матери. К дочери появляются противоречивые чувства любви-ненависти.

Не получив привычное подтверждение собственного превосходства, царица в ярости бросается на сэлф-объект.

Но скажи: как можно ей 
Быть во всем меня милей? 
Признавайся: всех я краше. 
Обойди все царство наше, 
Хоть весь мир; мне ровной нет.

И впадает в нарциссическую ярость:

Как царица отпрыгнет, 
Да как ручку замахнет, 
Да по зеркальцу как хлопнет, 
Каблучком-то как притопнет!..

Не желая принимать реальность происходящего, Царица в качестве психологической защиты использует непринятие реальности и обесценивание. Она обвиняет зеркало во лжи:

Ах ты, мерзкое стекло! 
Это врешь ты мне назло.

Далее следует обесценивающий текст в отношении своей падчерицы:

Как тягаться ей со мною? 
Я в ней дурь-то успокою. 
Вишь какая подросла! 
И не диво, что бела: 
Мать брюхатая сидела 
Да на снег лишь и глядела! 
Но скажи: как можно ей 
Быть во всем меня милей? 
Признавайся: всех я краше. 
Обойди все царство наше, 
Хоть весь мир; мне ровной нет.

Не получив признания своей женственности от матери, девушки-дочери в сказках и в жизни вынуждены искать его у других объектов. И часто для этого им приходится пройти через бесчисленное множество богатырей, гномов и пр. для того, чтобы встретиться со своей женской идентичностью.

Получив отравленное яблоко в сказке (символически означая неполучение подтверждения своей женственности), Царевна умирает. Но ее смерть даже в сказке не является буквальной.

Она, 
Как под крылышком у сна, 
Так тиха, свежа лежала, 
Что лишь только не дышала.

По сути, речь идет о психологической смерти - как неспособности полноценно жить и утверждаться в своей женственности.

Однако ее жених - королевич Елисей - совершает ряд усилий для спасения своей невесты.
И получив поцелуй от любимого, царевна оживает, просыпается от долгого сна.

И о гроб невесты милой 
Он ударился всей силой. 
Гроб разбился. Дева вдруг 
Ожила. Глядит вокруг 
Изумленными глазами, 
И, качаясь над цепями, 
Привздохнув, произнесла: 
«Как же долго я спала!» 
И встает она из гроба... 
Ах!.. и зарыдали оба.

В сказках с помощью этого (поцелуй любимого) часто удается вернуть к жизни "условно мертвых" девиц. До этого ее избраннику приходится преодолевать многие препятствия и совершать бесчисленные подвиги.
В реальной же жизни далеко не каждый королевич Елисей (Иван-Царевич и т. д.) способен на такие подвиги с целью оживления мертвых царевен.

Да и не их это дело, как мне кажется. В сказке царевичи, а в жизни мужья, поступая таким образом, выполняют несвойственные им функции, подчищая родительские ошибки.
И далеко не всегда и не всем удается расколдовать свою мертвую суженную.
Да и не мужское это дело. Ведь проклятье наложено другим (матерью).

Однако "колдовство" матери односторонне.
Она может заколдовать дочь, но не в состоянии расколдовать ее.
Думаю, что в том случае, когда мать не в состоянии отменить свое колдовство, это могут сделать другая значимая для девушки женщина (в сказках в этой роли часто фигурирует добрая фея-крестная), либо это может произойти посредством обряда женской инициации.

К сожалению в современном мире инициации (женские и мужские) чрезмерно упростились и формализовались и перестали выполнять свои изначально заложенные в них функции.

В реальной жизни такой феей крестной может стать психолог.

Вернемся к нашей истории. Не выдержав сравнения не свою пользу, царица получает нарциссичесую травму и впадает в противоположный полюс - ничтожности с нарциссической депрессией. В сказке этот факт преувеличивается до реальной смерти последней.

Злая мачеха, вскочив, 
Об пол зеркальце разбив, 
В двери прямо побежала 
И царевну повстречала. 
Тут ее тоска взяла, 
И царица умерла.

А царицу, несмотря на ее мерзкий характер и неприглядные поступки - жаль. Если смотреть глубже, то мы увидим, что в данном случае речь идет о женщинах-матерях, которые сами не получили от своих родителей необходимого принятия-признания-любви и не в состоянии передать ее "по наследству", так как сами являются психологически мертвыми и вынуждены постоянно искать их любой ценой для того, чтобы почувствовать себя живыми. Для этого они вынуждены использовать в качестве нарциссической подпитки близких людей, в том числе своих дочерей.

И теоретически им можно помочь. Но в реальности есть много препятствий - неосознавание своих проблем, как проблем психологических, непринятие своей ответственности в воздействии на близких, нежелание что-то менять в своей жизни...

А жаль.

P.S. Надеюсь, моя статья будет откровением не только для психологически "мертвых" Царевен, но и для их матерей - "мертвых" Цариц.

Ещё по теме:

Комментировать