Сколько людей на этой планете прямо сейчас терзаются вопросом: «Зачем он это сделал?», «Зачем она это сделала?»Существует даже целая книга Ланди Банкфорт, посвященная абьюзерам. Автор подробно разбирает, почему абьюз не всегда является следствием психических травм или болезней, предполагая, что «абьюзеру просто хочется быть абьюзером».
Но в этом есть доля упрощения. Значительная часть абьюза коренится в защитном механизме психики — экстрапунитивной агрессии.
Представь: ребенок ударяется об стул и тут же злится на него, как будто стул виноват в его боли. Примерно так же реагирует и абьюзер.
Механизм прост: абьюзер ощущает фрустрацию (желание не выполнено, потребность не закрыта), моментально находит внешнюю причину (кого-то рядом, на кого можно свалить вину) и обрушивает на него свою агрессию.
Более того, его психика этого не позволит. Признание, что он действует по-детски, хватаясь за первую попавшуюся причину для гнева, означало бы признать себя «плохим». А именно этого боятся почти все абьюзеры. Поэтому они так изобретательны в поиске оправданий, даже когда факты абьюза налицо.
Предъявляя абьюзеру обвинения, он продолжает действовать по той же схеме: виноват будет кто угодно, только не он сам. Если же не находится конкретный человек, то в ход идут «неживые» причины: тяжелое детство, расстройства, вечное стремление женщин подавлять мужчин или мужчин использовать женщин.
Этот механизм не оправдывает поведение абьюзера и не призывает к снисходительности. Не стоит пытаться «воспитывать» абьюзера, учить его ответственности.
Этот механизм описан лишь для того, чтобы человек, столкнувшийся с абьюзом, не тратил силы на бесполезные попытки объяснить абьюзеру, что его действия причиняют боль. Ведь причинять боль — это зачастую его единственный доступный способ справиться с собой.
Из практики: У меня был случай: женщина приходит, вся в синяках, глаза опухшие. Говорит, муж её побил, потому что она «слишком долго собиралась на встречу с подругами». А сам он полдня просидел в интернете, но обвинил её в том, что она его «провоцирует», что она «заставляет его срываться».
Вот тебе и фрустрация из-за собственной прокрастинации, которая моментально проецируется на неё.
В противовес экстрапунитивной агрессии существует интрапунитивная агрессия, от которой как раз страдают жертвы. Столкнувшись с агрессией, они ищут объяснение в собственной вине: «это я в чем-то виновата, поэтому и получила».
Признать, что агрессия не оправдана их мнимой или реальной виной, для них так же страшно, как для абьюзера — признать ответственность за свои действия.
Именно так они и создают свой «инь-ян»: один во всем винит другого и проявляет агрессию, второй оправдывает эту агрессию своей якобы виной. Вот почему их так трудно разделить — они идеально дополняют друг друга.
Из практики: Или наоборот, одна из моих клиенток, которая после каждой ссоры с партнёром говорит:
«Это я плохая. Наверное, я его довела. Надо было промолчать. Он же меня любит, просто я не так себя веду».
Она искренне верит, что его агрессия — справедливое наказание за её «неправильное» поведение, а не его неспособность справиться с эмоциями.
Все, что не тянет на репортаж в новостной передаче и не вызывает шок — будто бы и не агрессия. При этом агрессор может сказать:
«Да если бы я её бил, она бы синяки тональником не скрыла! А так — чистая, никаких следов!»
Для человека, не состоящего в абьюзивных отношениях, очевидно, что деструктивная агрессия — это не только избиение до черно-фиолетовых гематом. Но для того, кто находится в таких отношениях, ситуация может быть не столь ясной.
Постепенно привыкнув к проявлениям агрессии, он может перестать осознавать, что это насилие. Иногда лучше «замылить» неприглядные моменты или забыть их, чем признать, что рядом абьюзер.
Человек может не считать деструктивные проявления агрессией по той простой причине, что ничего другого в жизни не видел. В фильме «Тоня против всех» героиня говорит:
«Мать била меня, и я думала, что это потому что любит. Когда муж начал бить, я думала, что это заслуженно. Я слишком привыкла к такому обращению».
Из практики: Была у меня клиентка, которая искренне не понимала, почему её муж «плохой». Да, он мог её толкнуть, когда спорил, схватить за руку так, что оставались синяки, которые она потом прятала. Мог унизить перед друзьями, сказав:
«Ну ты же знаешь, какая она у меня, без меня бы пропала».
Она думала, это «не так уж страшно», потому что «он же не бил до неузнаваемости».
То, что она постоянно живёт в страхе и унижении, она воспринимала как данность, как «особенности брака».
Важно помнить: человек всегда несёт ответственность за свои действия. Даже при самозащите, превысив допустимый уровень, придется отвечать.
Абьюзер же, проявляя свою агрессию, намеренно превышает меру допустимого и пытается уйти от ответственности, перекладывая её на жертву.
Большинство агрессоров и абьюзеров стараются избегать нанесения видимых повреждений. Следы — это доказательства их вины, а этого они хотят избежать. Даже в порыве ярости они часто стремятся причинить боль так, чтобы это осталось незамеченным.
Это может проявляться в следующем:
Из практики: Клиентка, которую муж никогда не бил так, чтобы оставались синяки. Но он мог схватить её за запястье с такой силой, что оно болело несколько дней, и она боялась шевелить рукой. Или мог толкнуть так, что она падала, и ей приходилось говорить, что «сама споткнулась».
Он делал это, когда она пыталась возразить, а потом говорил:
«Видишь, как ты меня доводишь, сама виновата».
Эти «невидимые» повреждения были для неё постоянным напоминанием о страхе и о том, кто здесь главный.
Любое нарушение физических границ тела — это деструктивная агрессия. Никто не имеет права причинять человеку физическую боль или заставлять его «самостоятельно» травмироваться через толчки, швыряние предметов или резкие движения.”
Отдельный, но тесно связанный с физическим, вид насилия — Сексуализированное насилие. Здесь абьюзер часто воспринимает тело жертвы как свою собственность, а грубый секс или возможные повреждения — как проявления ‘любви’. Иногда жертва соглашается на сексуальные действия, чтобы избежать ещё большего физического насилия.
К сексуализированному насилию относятся:
Из практики: Одна моя клиентка рассказывала, что муж никогда не принуждал её к сексу, но каждый вечер, когда она устало ложилась спать, он начинал «ласкаться» — целовать, обнимать, гладить. Ей это было неприятно, она хотела просто поспать.
Но он говорил:
«Я же тебя люблю, я хочу быть с тобой. Ты что, не хочешь?»
Она боялась отказать, думала, что «не должна», что это «нормально».
В итоге, любое прикосновение, которое она не хотела, но терпела, стало для неё источником стресса. А когда она пыталась отказаться, он мог обидеться или даже сказать, что она «холодная» и «не хочет его», что являлось формой давления.
Никакие сексуальные действия не допустимы без явного желания и согласия. Даже проявления «любви», которые нарушают личные границы (шлепки, сильное сжимание тела), могут быть частью сексуального насилия, если они происходят с сексуальным подтекстом и без согласия.
В этой статье мы раскрыли четыре самых скрытых и опасных вида абьюзивной агрессии, которые часто остаются незамеченными. Ты теперь понимаешь, что не только явное физическое насилие, но и неочевидные манипуляции, скрытые угрозы и нарушения границ являются деструктивными.
Это знание — твой инструмент для защиты. Оно позволяет распознать эти коварные паттерны, освободиться от чувства вины и утвердить своё неоспоримое право на безопасность и уважение.
Понимание этих скрытых форм абьюза — первый и самый важный шаг к здоровым отношениям и защите своего внутреннего мира.
Моя подборка ответит на самые острые вопросы - Отношения с абьюзером
Если вам понадобится помощь, обращайтесь к автору этой статьи
Подписывайтесь на блог
Загляните в мои группы ВК и МАХ
© Все права защищены.
Эксперт по зависимость/созависимость Буренков Д.В.
3000 баллов рейтинга
Показ вашей анкеты в блоке «Сайт рекомендует»
Голосовые ответы
Видео-ответы
