Скучно и ничего не вызывает интереса

5:30. Первые звуки Бековской THX138 впиваются в больную голову. Потревоженная кошка срывается с налёжанного места – её галоп по рёбрам отдаёт туповатой, словно сквозь вату, болью куда-то к позвоночнику. Шею ломит от нелепой, неудобной позы, в которой меня вчера настиг сон, но пошевелиться ещё нет возможности. Срабатывает будильник на втором телефоне – диссонирующий писк старой Моторолы накладывается на всё ещё играющий гитарный транс – каждый удар пальца по струне, словно глухой тычок в затылок. С добрым утром.

6:30. Почти час на то, чтобы найти в себе силы подняться с дивана. Горячая, до боли, вода стекает по кривым рёбрам, обтянутым бледной кожей – тактильность тоже обманчива, но сейчас даже чувство дискомфорта помогает отвлечься от гулкой пустоты между висками. Свист чайника за стеной отрывает меня от изучения собственного отражения в зеркале – чёрт возьми, оно не умеет ни врать, ни насмехаться. Две ложки кофе, одна ложка сахара, молоко, замёрзшее в холодильнике. Шершаво-кислый дым сигареты раздражает обожжённое кипятком горло. Рексетин, алпразолам, фенотропил – по одной таблетке. Пара таблеток витаминов. Поиски разбросанной по комнате одежды. Рандомный тык в список исполнителей на iPod. Сегодня это Autechre. Отлично.

7:20. Неужели, ты улыбаешься мне? Бесполезно. Не стоит тратить время. Ты даже не понимаешь, куда направлен мой взгляд – зеркальные очки, чудесное изобретение человечества, отлично делают свою работу – возвращают тебе твою улыбку. Наверное, ты красива. Меня это не волнует. Фармакологическая бодрость стоила мне и без того едва теплящегося либидо. Не так уж и много. Прощай, автобус уже подъехал к моей остановке. От мысли о сложном перекрёстке, который предстоит преодолеть, становится не по себе уже за 200 метров от него.

7:40 – 17:00. «Как мило с вашей стороны считать, что я здесь, но должен я вам пояснить – здесь меня нет…» Что-то в этом роде. Никогда не любил Барретовский Pink Floyd, но, когда каждое твое действие на работе доведено до автоматизма, Jugband Blues вспоминается при каждом удобном случае. Особенно, когда кому-то кажется, что я здесь есть.

17:30. Любопытные вещи творятся на периферии восприятия: старуха, цокающая алюминиевой клюкой, обращается в фантасмагорического василиска, стоит ей лишь выйти из фокусной зоны зрения, «десятки» и «приоры» растекаются футуристическими колесницами, а банальнейшая флора средней полосы грозит хищными лианами и кислотными цветами, стоит лишь отвести взор... Первые признаки надвигающейся шизофрении, или простая близорукость, услужливо дополненная неровностью пластиковых линз в дешёвых солнцезащитных очках?

18:30. На экране – окно «Ворда» с монотонно-мигающим курсором. Ни слова, ни знака. Руки ложатся на клавиатуру, и паттерн из одной короткой фразы заполняет страницу. «Мне скучно».

21:20. Неудобная книжка в мягкой обложке. «Символический обмен и смерть». Строка, абзац, страница, другая… К чёрту. Сто раз уже читано. Из колонок протяжно гудит Nadja, и витиеватый психоделический скринсейвер растекается по обоим мониторам. Рука нащупывает пульт, чтобы нажать паузу. Скучно. Последняя таблетка на сегодня. Надоело, но без них всё обстоит ещё плачевнее. Таблетки, чтобы уснуть, таблетки, чтобы проснуться, таблетки, чтобы не спать. Странно, появилась раздражительность. Видимо, нужны ещё таблетки от побочных эффектов других таблеток.

22:00. Первый трек со второго альбома Bass Communion – чтобы успеть дойти до дивана, и накрыться с головой одеялом. Ага, вот и призрачно-тревожная Drugged, под которую, видимо, мне и суждено сегодня отрубиться. Ведь завтра в 5:30 снова заиграет THX138. И опять будет скучно. Скучно. Скучно. Скучно.

Мне 25 лет.

Всем пока.