- Опишите проблему
- Получите ответы
- Выберите лучшего психолога
- Быстрое решение проблемы
- 480 ₽ за 5 и более ответов
- Гарантия сайта
- Анонимная консультация
- от 2000 ₽ за 50 минут
- Гарантия замены психолога
О депрессии, эмоциональном отклике и о том, как меняются переживания в психотерапии
Человек может заметить это не сразу. В какой-то момент становится ясно: то, что раньше радовало, больше не радует.
Можно встретиться с друзьями — и ничего не почувствовать. Получить хорошую новость — и только отметить про себя: «Ну хорошо». Посмотреть фильм, который раньше очень нравился, — и выключить на середине. Даже то, чего когда-то очень хотелось, перестаёт иметь значение.
И тогда появляется вопрос:
«Почему мне всё стало безразлично?»
Само по себе это состояние ещё мало говорит о причине. Оно может появляться после длительного напряжения, на фоне выгорания, после утраты, при депрессивном эпизоде — и в других ситуациях. Поэтому по одному ощущению «мне всё равно» трудно понять, что именно происходит.
Отдельно стоит сказать о депрессии. Потеря интереса и способности получать удовольствие может быть одним из её проявлений. Особенно если вместе с этим появляются подавленное настроение, выраженная усталость, изменения сна или аппетита, ощущение собственной бесполезности, мысли о смерти.
В такой ситуации имеет смысл смотреть на состояние шире. Важно не только само безразличие, но и другие изменения, их выраженность и то, как долго они сохраняются. Если всё это заметно влияет на жизнь, состояние стоит отдельно обсудить со специалистом.
Но даже если причина пока остаётся неясной, есть ещё один вопрос: что происходит с переживаниями человека, когда эмоциональный отклик ослабевает?
Иногда рядом с ощущением «мне всё равно» обнаруживается и другая трудность: человеку непросто понять, что именно с ним происходит. Это не объясняет само безразличие, но может быть частью того, как оно переживается и описывается.
Человек может очень хорошо рассказать, что произошло. Объяснить причины. Рассуждать о том, кто был прав, почему всё сложилось именно так и как стоило поступить. А на более простой вопрос ответить оказывается труднее.
— Ты расстроился?
— Не знаю.
— Тебе было неприятно?
— Наверное.
— Ты злишься?
— Возможно.
То, что происходит внутри, пока остаётся смутным.
В клиент-центрированной традиции, особенно в её экспириентальной ветви, этому уделяется большое внимание. Юджин Джендлин использовал понятие experiencing для обозначения живого, текущего опыта человека — ещё не обязательно понятого и сформулированного [1].
Человек что-то переживает, но далеко не всё сразу становится ясным чувством или готовой мыслью.
Сначала это может быть лишь смутное ощущение: что-то не так, что-то задевает, чего-то хочется избежать или, наоборот, к чему-то тянет. Слова появляются позже.
Речь здесь не о поиске какого-то спрятанного «настоящего чувства», а скорее о возможности чуть точнее понять то, что уже происходит.
Это хорошо видно на простом примере.
Человек много лет работает там, где ему тяжело. Каждый понедельник трудно вставать. Он раздражается на коллег, устаёт, несколько раз думает об увольнении.
Но каждый раз говорит себе:
Его недовольство раз за разом получает объяснение, почему к нему не стоит относиться всерьёз.
Со временем различать собственную реакцию становится труднее, и однажды человек говорит:
«Мне уже всё равно».
Это не обязательно означает, что чувства были «подавлены» и теперь их нужно найти. Возможно, то, что он переживал, долго не находило достаточного места в том, как он понимал себя и собственную жизнь. Ему было трудно всерьёз отнестись к своему раздражению, усталости, желанию что-то изменить.
Но отсюда тоже не следует, что человеку просто нужно начать чувствовать сильнее.
И здесь полезно посмотреть уже не на возможные причины безразличия, а на исследования изменений, происходящих в психотерапии.
Они не отвечают напрямую на вопрос, почему человеку стало всё безразлично. Но помогают понять другое: действительно ли улучшение связано с тем, что человек начинает чувствовать больше и сильнее, и что вообще происходит с эмоциональным опытом по ходу терапии.
В одной работе при депрессии изучали изменения эмоциональной обработки — то, как человек замечает, исследует и постепенно понимает собственный опыт [3].
Рост этой способности был связан с уменьшением депрессивных симптомов. Но была обнаружена и обратная связь: когда состояние человека улучшалось, ему становилось проще обращаться к собственному переживанию.
То есть здесь нет простой последовательности: сначала человек учится лучше чувствовать и понимать себя — а потом ему становится легче.
Изменения могут идти в обе стороны.
В другой работе была выявлена связь менее благоприятных результатов терапии и с низкой интенсивностью эмоций, и с тем, что очень сильные переживания сохранялись слишком долго [4].
Получается, сильнее чувствовать само по себе ещё не означает, что состояние будет меняться к лучшему.
Человек может переживать очень интенсивно — злиться, бояться, страдать — и при этом снова и снова оказываться примерно в одной и той же точке.
Ещё одно исследование показало, что с более благоприятными результатами терапии были связаны определённые последовательности эмоциональных состояний [5].
И здесь появляется важное различие: имеет значение не только то, какая эмоция возникает и насколько она сильна, но и то, как эмоциональное состояние меняется в процессе терапии.
Это делает сомнительной простую идею, что где-то под безразличием обязательно находится одно «правильное» чувство, до которого психологу нужно добраться.
Если человек говорит:
«Мне всё равно»,
из этого нельзя автоматически заключить:
«На самом деле Вам больно».
Или:
«Вы просто злитесь».
Или:
«Вы боитесь признать, насколько Вам это важно».
Любое из этих предположений может оказаться точным. А может совсем не подойти.
В клиент-центрированной терапии от человека не требуется сразу найти правильное объяснение своему состоянию. Разговор может начаться прямо с того места, где сейчас есть только:
«Я понимаю, что раньше мне было важно, а теперь ничего не чувствую».
Вольфганг Кайль писал о постепенном понимании внутренней связности переживания, а не о подведении его под заранее готовую теорию [2].
Для меня здесь особенно важно именно это: когда человек сам пока плохо понимает, что с ним происходит, слишком быстрое объяснение может не помочь, а, наоборот, закрыть исследование.
Со временем в одном случае становится заметно:
«Я думал, что мне всё равно. А оказывается, я очень злюсь».
В другом:
«Я всё время говорил, что не хочу отношений. А сейчас понимаю, насколько боялся снова оказаться ненужным».
В третьем:
«Я считал, что мне просто лень. А теперь вижу, насколько я устал».
А иногда никакого нового чувства долго не появляется.
И это тоже не означает, что человек «недостаточно глубоко» переживает или что терапия обязательно идёт не туда.
То, что раньше обозначалось одним словом — «всё равно», — может со временем становиться более различимым. Появляются новые слова, связи, понимание того, что для человека важно.
Но это не означает, что где-то внутри всё это время лежала скрытая истина, которую наконец удалось обнаружить.
Скорее речь о том, что собственный опыт становится немного понятнее.
Более широкий обзор исследований также показывает связь между работой с переживанием и улучшением состояния в психотерапии [6]. Но пока нельзя сказать, что это единственный механизм изменений или что именно он сам по себе вызывает улучшение.
Здесь, похоже, вообще нет одной прямой линии. Состояние человека влияет на то, насколько ему доступен собственный опыт. Происходящее в терапии может менять способ обращения с этим опытом. Имеют значение и отношения с терапевтом.
Поэтому, если Вы узнаёте здесь своё состояние, не обязательно сразу знать, что за ним стоит.
Можно начать с того, что уже заметно.
Когда это изменилось? На что раньше был отклик, а теперь почти исчез? Есть ли разница между «мне действительно всё равно» и «я понимаю, что это должно быть важно, но ничего не чувствую»?
Ответ может не появиться сразу.
Может оказаться, что рядом с безразличием есть усталость, злость или боль. А может пока ничего больше не обнаруживаться.
И если с этим идти в терапию, не нужно заранее знать причину или уметь правильно описать своё состояние.
Фраза «Раньше мне было не всё равно. А сейчас — как будто ничего» уже достаточно точна, чтобы начать разговор.
Литература