О чем кричат наши души

Раздел: Статьи
Категория: Семья
Автор: Фирсова Татьяна Борисовна
main_img

В данном случае «криком» мы будем называть нашу эмоциональную реактивность. Это когда даже не слово за слово, а лишь только намек на разногласие, и понеслось… Таким образом,  «крик» – это эмоциональный тайфун, цунами или любая другая беда, которая опустошает, сносит все на своем пути, особенно мозги: свои и супруга.

В первое время брака почти все вызывает сильные эмоции, потому что все является знаком отношения.

Начало конфликта. «Я уже легла, а он хочет досмотреть футбол. Действительно ли так интересен ему футбол или он уже охладел ко мне?». «Себе костюм на завтра отпарила, а о свежей рубашке для меня не побеспокоилась. Я ей безразличен, никакой заботы».

Стереотип мышления: выразить свое желание прямо – значит, унизиться, проявить слабость. Ловушка стереотипного мышления: отсутствие открытой, искренней коммуникации укрепляет внутреннее раздражение. За ним следуют обиды и наказания.

Развитие конфликта. После просмотра матча муж нежно прикасается к жене, но она отворачивается и просит не беспокоить ее сон. Теперь уже он строит предположения: «Мои объятия ей неприятны».  Утренние сборы на работу сопровождаются демонстративными вздохами супруга и хлопаньем дверцами шкафа в поисках «нужной» рубашки. Жена обижается: «Я ему такой ужин вчера приготовила, подумаешь – рубашку не успела погладить. Он моих стараний не видит и совсем не ценит».

Результат конфликта. Сильное эмоциональное напряжение. Даже если супруги молчат – их души «кричат». Раздражение, порожденное домыслами, обязательно выплеснется – запускается эмоциональная реактивность, разрушающее прекрасное.

«Молодые супруги часто ведут себя подобно детям», - скажете вы. Но стереотипы живучи. Годы делают нас старше, но взрослее ли? Если наша эмоциональная реактивность не отступает, если наш крик не смолкает, то мы по-прежнему ведем себя  по-детски.

  • Эмоциональная реактивность – это наш первый враг, когда дело доходит до серьезных отношений. Она не просто ухудшает сложившееся положение вещей. Она приводит к тем результатам, которых мы больше всего хотим избежать.

В браке мы все «кричим», потому что становимся тревожно реактивными. Существует пять способов «кричать», и в одном из них вы, возможно, узнаете себя.

  1. Мы агрессивно «кричим», открыто участвуя в конфликте. Орем, обвиняем, браним и оскорбляем друг друга. Критикуем, принижаем достоинства, саркастически высмеиваем и дразним. В худшем своем проявлении эта форма «крика» приводит к рукоприкладству. При том, что такое поведение всегда оскорбительно, оно чаще всего является проявлением защитной реакции. Мы чувствуем себя недооцененными и неуважаемыми, мы страдаем и оттого кидаемся на обидчика, уверенные, что  нам грозит опасность. Так мы защищаем свое ранимое внутреннее «Я». Мы готовы на все, чтобы только прекратить эту боль, но в результате лишь усиливаем ответную атаку. Это реакции детей. На пике тревожности и гнева мы не можем справиться с детскими реакциями и теряем в себе взрослого человека. Ни одна из сторон не способна объективно выслушать другого или принять его позицию без обвинений и указаний. В эмоционально напряженном климате пара начинает вести себя как клубок из двух нервных систем, и супруги не способны рассматривать какую бы то ни было точку зрения,  кроме собственной. 
  2. Мы отдаляемся друг от друга. Этот способ  «кричать» также довольно распространен. Иногда эта форма реактивности может предшествовать или следовать за  явным криком (способ 1): мы держим дистанцию, пока находимся на взводе, а потом расходимся по разным углам. Мы можем даже избегать смотреть в глаза друг другу, но все еще определенно знаем, где в доме находится другой – знаем постоянно. Общение носит лишь формальный характер. Некоторые пары, боясь открытых конфликтов, привыкают жить в отдалении друг от друга. Дистанция укрепляет отчужденность. Подобно явному крику, отчуждение подпитывает само себя, создавая новую норму. Эта норма может выглядеть вполне жизнеспособной, но обстановка в семье напоминает мир в условиях холодной войны. Держась на расстоянии, мы пребываем в постоянном напряжении: балансируем между стремлением к душевной близости и страхом перед болью, которую опасаемся получить в результате доверительной открытости.
  3. Мы избегаем друг друга. Чрезвычайная форма отчуждения, когда один из супругов нуждается в абсолютной эмоциональной изоляции, чтобы чувствовать себя способным жить нормально. Надежда жить лучше стоит практически за каждым разводом. Но изоляция редко разрывает эмоциональные связи. Она не работает, потому что это реакция, а не ответ. Изоляция себя от другого человека является непроизвольной попыткой реагирования на сильные негативные эмоции и никогда не позволяет справиться с этими эмоциями. Настоящая цель, если вы действительно хотите стать сильнее и лучше себя чувствовать даже во время болезненного разрыва отношений,  - быть в ладу с самим собой независимо от того, где находится другой партнер. Работать с проблемами, а не застревать в них, можно, но лишь сохраняя спокойствие и ясное видение. Трудно.
  4. Мы запускаем стереотип отношений (паттерн). Этой формой реактивности можно описать отношения большинства пар. Такая модель называется паттерном бездействия. Реагируя на все стрессы в браке, один партнер начинает проявлять сверхактивность (берет ответственность за все), а второй участвует в процессе тем, что от всего отстраняется (от откровенной лени до явного отклонения от дел с возможным развитием симптомов физического недомогания). Смысл в том, что паттерны являются эмоциональной реакцией на тревожные жизненные ситуации. Они не осознаются: это рефлексивные реакции, основанные на тревожности и страхе. Чаще всего пары попадают под воздействие паттернов, когда сталкиваются с конкретными проблемами (финансы, хозяйство, воспитание детей, секс). Иногда это расценивается как норма, но до поры до времени. Что происходит, когда сверхответственный  участник  вдруг устает брать на себя всю ответственность? Сначала ворчание, затем пассивно-агрессивное поведение, затем отчуждение и изоляция. И это еще не все. Подвох в том, что если пассивный супруг теперь вдруг захочет стать более вовлеченным, тревожность первого не ослабевает – он лишается привычного права принимать решения единолично. Они могут даже демонстративно поменяться ролями, но реактивность все равно будет препятствовать открытому диалогу.
  5. Мы вовлекаем в свой конфликт третье лицо, образуя треугольник в отношениях. Треугольники могут быть паттернами в любой системе отношений. В наших личных отношениях может быть задействовано много участников – знакомых и родственников. Муж оказывается в ловушке между женой и тещей, жена обижается на мужа, если он сравнивает ее со свекровью в пользу последней, в отпуск пара всегда едет с детьми, чтобы заполнить эмоциональный вакуум и т.д.  Проблема с треугольниками состоит в том, что они всегда являются реакцией на тревожность, которая возникает при общении наедине друг с другом. Призывая третью сторону, мы получаем недолгое облегчение и создаем долговременную проблему в общении двоих.

Антипод «крика» – спокойствие. Решающий шаг в достижении спокойствия – узнать себя в одной из форм проявления эмоциональной реактивности. Как только мы определимся со своим непроизвольным способом «крика» – мы становимся способными себе противостоять. Зададим себе честные вопросы:

  • Когда я «кричу» чаще всего?
  • В каких обстоятельствах или при обсуждении каких тем я становлюсь наиболее реактивным?
  • Когда я так поступаю, что надеюсь получить?
  • Срабатывало ли это хоть раз?
  • Готов ли я прекратить это, выдержать паузу и сделать что-то более надежное и эффективное?

Это очень важные вопросы, а ответы на них – путеводитель к желаемому будущему. 

Ещё по теме:

Комментировать