Интересно, что переживали динозавры, которые наблюдали падение Чиксулуба в реальном времени? Охватывал ли их ужас от осознания масштаба события? Понимали ли они, что это нечто, которое прямо сейчас чертит огненную линию в небе, уже очень скоро подведет черту подо всем их существованием?

Есть моменты в жизни, которые делят её на «до» и «после». Диагноз, травма, внезапные ограничения — часто именно так и ощущается столкновение с проблемами здоровья. Даже если это временно. Даже если врачи говорят: «Есть шансы» или "Должно восстановиться".

Алкоголизм сына довёл Галину до отчаяния. Она обратилась с единственной целью: найти решение, которое остановит его зависимость и положит конец конфликтам с мужем. На консультации я подчеркнул, что самое конструктивное, что она может сделать сейчас, — это оставить сына в покое и начать собственную психотерапию.

Вы когда-нибудь ловили себя на чувстве, будто повторяете один и тот же неудачный сценарий, хотя умом понимаете его абсурд? Или ощущали беспричинную, глубинную тревогу, будто ждете катастрофы, которой нет? Возможно, это говорит не только ваше личное прошлое. Это может быть тихий шёпот травмы, пережитой вашими предками.

Травматичные события, утраты, разочарования, боль — всё это невозможно просто удалить. Когда человек пытается «не думать», «не чувствовать», все время "заглушает" переживания, он часто делает это из желания не чувствовать боль. Это понятный и временно полезный механизм..

Есть моменты, к которым невозможно подготовиться заранее. Например, тот, когда ты вдруг ловишь себя на мысли: «Я больше не чувствую того, что чувствовал(а) раньше». Не после скандала. Не после измены. Не после большой травмы. А будто бы просто — что-то ушло. В работе я достаточно часто встречаюсь с подобными случаями, переживаниями.

Групповая терапия в психоаналитическом подходе для подростков даёт возможность открыто обсуждать свои чувства, проблемы и переживания, получая поддержку как от психолога, так и от сверстников. В отличие от индивидуальных сеансов, групповая терапия позволяет получать обратную связь от других участников, что особенно важно для подростков..

Скука часто возникает, когда человек не находит удовлетворения в текущих занятиях или в окружении. Это может стать сигналом для того, чтобы задуматься о своих истинных желаниях и потребностях. Скука может подтолкнуть к поиску новых интересов и целей.

Данная памятка создана в помощь людям проживающим горе утраты. А так же тем, кто хочет поддержать близких и родных в проживании горя.

Мы часто думаем, что отношения рушатся из-за предательств или фундаментальных разногласий. Но в реальности их годами подтачивают мелочи - привычные фразы, которые слетают с языка в момент усталости, обиды или раздражения. Эти фразы - не просто слова, а готовые сценарии конфликта..

Погружаемся в одну из самых коварных ловушек созависимости — синдром жертвы. Это не просто эмоция, а целая модель поведения, которая парализует волю. Самое опасное: жертва искренне верит, что её страдания — следствие безысходности, а не отсутствия действий. Разберём, как распознать этот синдром и что на самом деле стоит за «беспомощностью».

Почему одни отношения развиваются по спирали вверх, а другие похожи на игру в “догони меня, но не поймай”? В отношениях с тревожно-избегающим партнёром вы постоянно ощущаете себя на грани: он тянется к вам, а затем внезапно исчезает. Это не игра, а защитный механизм, который разрывает классический цикл близости на части.

Вы живете с хронической болью годами. Врачи разводят руками: «Мы не находим причин», или «Это просто такое строение», или «Нужно научиться с этим жить». Таблетки приносят лишь временное облегчение, а отчаяние растет. Что, если причина вашей боли лежит не в позвоночнике, суставах и мышцах, а гораздо глубже — в душе?

Сегодня хочу поговорить о любви к своей работе. Некоторые из вас могут удивиться и сказать: «Разве работу можно любить?». И многим работа действительно дает финансовое благополучие, социальную стабильность, или в конце концов структурирование времени рабочим графиком, когда все понятно и предсказуемо. Но любить?

Более десяти лет назад в моей профессиональной биографии был важный и во многом определяющий этап - работа психологом в московской диетологической клинике. Тогда я впервые увидела изнутри, как устроен путь человека с избыточным весом и насколько он отличается от привычного представления «меньше есть и больше двигаться».